А.Грешнов.Тракторы «Беларусь» будут пахать афганскую целину в зоне, свободной от наркотиков

ПУЛИ-ХУМРИ (Афганская провинция Баглан), 4 дек — РИА Новости, Андрей Грешнов. Тракторы «Беларусь» отныне будут пахать целину в северной афганской провинции Баглан, где больше не осталось ни одного гектара земли, засеянной наркотическими культурами, передает корреспондент РИА Новости с места события.
Крестьяне провинции Баглан, в прошлом хлебной житницы Афганистана, активно сотрудничающие с афганским министерством по борьбе с наркотиками, собрали в нынешнем году рекордный для здешних мест урожай — почти 400 тысяч тонн пшеницы твердых сортов и почти столько же риса. Больше здесь сеять мак и «дурман-траву» не собираются, афганские крестьяне хотят кормить семьи хлебом, выращенным своими руками.
ПЕРЕВАЛ САЛАНГ ВСТРЕЧАЕТ СНЕЖНЫМ УРАГАНОМ
Поездка в Баглан выдалась совсем неожиданно. Министр по борьбе с наркотиками генерал-полковник Ходайдад, в 80-е годы воевавший на стороне народной власти против внутренней и внешней контрреволюции, лично пригласил корреспондента РИА Новости съездить в Пули-Хумри, административный центр северной провинции Баглан, чтобы воочию убедиться в том, что его министерство, в отличие от многих других, пустых слов на ветер не бросает, а занимается реальными делами. Ехать в Баглан предстояло по главной транспортной артерии страны — перевалу Саланг, связывающему афганский север с центральными провинциями.
Наша колонна должна была тронуться из Кабула в четыре утра, чтобы к 10.00 уже быть в Пули-Хумри. В трех внедорожниках сидели телохранители и личная охрана боевого генерала с автоматами Калашникова, еще в шести — вооруженные пистолетами работники министерства. В Афганистане наличие оружия у всех и каждого отнюдь не дань моде. Днем на колонны нападают, причем очень часто. Многим из участников «автопробега» не раз приходилось защищать свои жизни с оружием в руках. За день до нашей поездки в районе Доши, через который колонне предстояло промчаться на предельной скорости, талибы напали на полицейский конвой, с обеих сторон были жертвы.
Сказать, что в Афганистане водители ездят быстро, значит, ничего не сказать. С хладнокровием смертников они развивают на трассе бешеную скорость, успевая лишь в последнюю секунду ускользать от встречных грузовиков, полицейских и военных джипов. Жизнь и смерть для афганцев — понятия философские. Большинство из них верит в загробную жизнь, а потому за земную они особо и не цепляются. Сидя на переднем сиденье «охранного» джипа, я то и дело крестился, видя, как из-под колес в последнюю секунду выпрыгивают местные жители и как прямо в лицо, гудя клаксонами, летят на бешеной скорости бензовозы.
Час гонки по пересеченной местности, и мы уже в Джабаль ус-Сирадже, предтече перевала Саланг, где начинается крутая горная трасса. Министр дал по рации приказ колонне остановиться и выпить всем «утренний чай», чтобы на горных серпантинах уже не думать о том, чего бы поесть или попить и чтобы водители были предельно внимательны на опасных участках дороги.
«Чай» состоял из жареного бараньего шашлыка, рыбы, выловленной тут же в горной реке, тушеного мяса под названием «доши», ароматных горячих лепешек, плова и маста — афганской простокваши. Насытившись, все по команде генерала «оседлали» своих железных коней и двинулись вверх по горной трассе. Уже через 15 минут средняя скорость колонны составляла 15 километров в час, а еще через 10 минут упала до 3-5 километров. Дорожное полотно представляло собой засыпанный снегом каток, то и дело на пути попадались перевернутые и слетевшие с трассы грузовики. Им не могли помочь даже зимние цепи на колесах. Снежный ураган несколько раз вынуждал колонну останавливаться — даже на два метра вперед не было видно ничего кроме снежной завесы. Почти наугад, почти ощупью водители довели джипы до первой галереи — туннеля с открытыми окнами-воздухозаборниками. В галерее кипела шоферская жизнь — он почти весь был забит грузовиками и «легковушками», водители которых надевали зимние цепи на колеса. Затем последовали еще несколько галерей, которые мы находили, просто утыкаясь бамперами в камни — ни на входах, ни на выходах из галерей не было видно ни зги — лишь белый снежный «экран» и тускло мерцающие где-то совсем близко фары «заблудившегося» на встречной полосе грузовика.
Немножко передохнули лишь в самом длинном туннеле Саланга, где вентиляция работает принудительно. Но очень часто она не работает вовсе. В этом зловещем туннеле в 80-х годах прошлого столетия три раза происходили трагедии при движении колонн советских войск. Головные машины иногда ломались на выходе из тоннеля, а командиры других не могли в силу того, что в скале не работают рации, дать приказ водителям БТРов и БМП немедленно выключить двигатели. Сотни советских солдат задохнулись в этом мрачном туннеле, отравившись угарным газом.
Весь перевал Саланг и его инфраструктура были построены в 60-х и 70-х годах советскими специалистами. Жили они прямо здесь, на перевале. И ни у кого сегодня не поднимается рука разрушить давно покинутый ими жилой городок. Это местная достопримечательность, которую показывают всем. Да бывало и такое, что жили здесь советские люди и никто их не трогал, афганцы относились к ним с великим уважением. Сколько ни предпринималось в Афганистане попыток реставрировать туннель и галереи перевала с помощью иностранных фирм, все они заканчивались неудачно. Сегодня афганцы ждут, что россияне как правопреемники своих советских родителей помогут им восстановить инфраструктуру перевала, ведь кроме них, по словам местных жителей, это не под силу никому.
Вырвавшись из темного полуразрушенного туннеля, мы попали в жидкую снежную кашу, которую безуспешно пытались разгрести одинокие грейдеры. Тут же выстроились колонны полицейских автомобилей — стражи порядка буквально метались по трассе, спасая полузамерзших водителей фур и бензовозов, чьи слетевшие с трассы машины буквально висели над пропастью, зацепившись за камни либо двумя колесами, либо бамперами. Это был настоящий снежный ад, видеть подобное до сих пор еще не приходилось.
Переборов стихию, колонна устремилась вниз по Северному Салангу и далее по асфальтированной трассе на север. Здесь машины летели просто как ветер, чтобы не попасть в засаду, в результате к 10.00 были уже у здания провинциальной администрации в городке Пули-Хумри.
СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЕ КООПЕРАТИВЫ ИЛИ НАЗАД В БУДУЩЕЕ
Первое, чему я искренне удивился, была шеренга «советских» тракторов «Беларусь», приобретенных на деньги американских спонсоров министерством по борьбе с наркотиками для 15-ти сельскохозяйственных кооперативов Баглана. Эти машины очень неприхотливы и могут работать в Афганистане долгими десятилетиями. Никакие другие тракторы афганской пыли просто не выдерживают, а эти «трудяги» могут все. Поначалу я даже не поверил глазам, подошел и пощупал знакомый до боли трактор, одновременно в голове ярким всполохом пронеслась мысль — какие такие сельскохозяйственные кооперативы?
Наш горький советский опыт 80-х показал, что афганцы не приняли тогда предложенной им властями и Народно-Демократической партией Афганистана земельную реформу, суть которой состояла в экспроприации земли у богачей, раздаче ее беднякам и создании сельскохозяйственных кооперативов. Реформа в те годы захлебнулась — моджахеды вели пропаганду среди крестьян о том, что неверные нарушают вековые традиции и устои афганского общества, что земля может передаваться только по наследству. Тогда они запугивали и убивали крестьян-кооператоров, сжигали машинно-тракторные станции, расправлялись с семьями активистов. Придя же к власти, «борцы за свободу исламской религии» не смогли дать народу ничего. Они попросту стали набивать свои карманы деньгами от продажи наркотиков, строить роскошные виллы, ездить на дорогих внедорожниках, многократно преумножать свое богатство. А бедные обманутые люди, когда-то стрелявшие по нам, не получили взамен ничего, вернее лишились всего, кроме навязанного ими производства наркотиков.
Удивительно, но факт: сегодня боевой афганский генерал Ходайдад, воевавший в свое время плечом к плечу с советскими солдатами против моджахедов, возродил кооперативное движение в Баглане, добился того, что крестьяне своими руками вырастили рекордный урожай зерновых, что в 20 афганских провинциях уже нет ни гектара, засеянного маком или коноплей, того, что в еще восьми провинциях эта работа близка к завершению. Если я скажу, что так поступают коммунисты, то в этих словах не будет ни капли иронии. Здесь они действительно стремятся делать так, чтобы их оплеванное моджахедами «советское» прошлое стало бы сегодняшней реальностью афганских бедняков. Ведь всем и давно уже ясно, что афганцам, живущим в 1388 году по мусульманскому летосчислению, не нужна западная демократия, им нужен хлеб и мир в своей многострадальной стране.
АФГАНЦЫ ВЕРЯТ В УСПЕШНОСТЬ АНТИНАРКОТИЧЕСКОЙ ПРОГРАММЫ
В здании местной администрации состоялось торжественное собрание, которому предшествовало знакомство губернатора с иностранными гостями. Сидевший на «головном» кресле в черной национальной одежде и шерстяной накидке генерал Ходайдад заговорил вдруг по-русски в присутствии представителей посольства США, американского агентства международного развития, командования венгерской команды восстановления провинции, представив меня губернатору Баглана Мохаммаду Акбару Баракзаю.
«Это наш очень старый друг», — сказал Ходайдад.
Старыми друзьями в Афганистане называют тех советских людей, которым в свое время довелось послужить афганскому народу. Генерал прекрасно знает ту афганскую воинскую часть, где мне довелось послужить, знает, что былая боевая дружба никогда не будет предана. Менять друзей он не собирается, предпочитая просто приобретать и новых.
Ходайдад не скрывает, что самую реальную и действенную помощь Афганистану в борьбе с наркопроизводством оказывают США и Великобритания и хвалит их за это.
«Американцы на днях выделили министерству по борьбе с наркотиками еще 38,7 миллиона долларов. Эти деньги пойдут на развитие сельскохозяйственного производства в те провинции, где больше не сеют опиумный мак. И они туда дойдут обязательно», — говорит генерал.
По его словам, было бы не плохо, если бы еще ООН и афганское правительство прекратили заниматься словесной риторикой и реально оказали бы министерству помощь в этом направлении.
«Багланские кооператоры собрали в этом году 372 тысячи тонн пшеницы. Я давлю и буду давить на ООН и правительство, чтобы они прекратили покупать зерно и муку за границей. Наше зерно и лучше, и дешевле. На вырученные деньги крестьяне смогли бы покупать сельхозтехнику, удобрения, развивать свое хозяйство. Только так можно бороться с посевами наркотиков, только так можно вывести страну из наркотического дурмана», — подчеркивает министр.
«Все не так просто, как кажется. И главное состоит вовсе не в том, чтобы победить, а в том, чтобы удержать в руках эту победу. К примеру, в восточной провинции Нангархар, где посевы опиумного мака были сведены к нулю, в этом году опять отмечены случаи наркопосевов. Государство не помогает крестьянам, поверившим нам и начавшим производить сельскохозяйственную продукцию, а помогать надо и незамедлительно», — подчеркивает Ходайдад.
Командующий венгерской командой восстановления провинции в составе ISAF рассказал гостям «ближнего круга» друзей министра и губернатора о том, что в последнее время в «новом» и «старом» Баглане (названия населенных пунктов), Пули-Хумри активизировали свою деятельность подрывные элементы. По его словам, согласно оперативной информации, в Пули-Хумри заложены несколько самодельных взрывных устройств, и это было «приурочено» к приезду Ходайдада.
Слова военного оказали отнюдь не пустым звуком. Когда торжественная церемония передачи руководителям крестьянских кооперативов тракторов и другой сельскохозяйственной техники закончилась, и гости уже расселись по своим джипам, чтобы тронуться в дорогу, невдалеке от здания губернаторства прозвучал мощный взрыв. Корреспондент РИА Новости, прогуливавшийся по берегу местной реки, сумел запечатлеть место взрыва, отсняв на камеру поднимающийся дым. Погиб ли кто-нибудь или был ранен в этом инциденте, узнать уже не представлялось возможным — колонна трогалась в обратный путь.
Городок Пули-Хумри многонациональный. Здесь живут представители почти всех народов и народностей, населяющих нашу страну, рассказал мне начальник управления по связям с провинциями министерства по борьбе с наркотиками Гамаюн Файзад, сам уроженец здешних мест. По его словам, люди здесь довольно мирные, в основном занимаются сельским хозяйством и животноводством. Раньше столицей провинции Баглан был одноименный город, но еще в 80-х годах, для того, чтобы лучше обеспечить безопасность провинциального центра, он был перемещен в Пули-Хумри, где и остается по сей день. Цены на продовольствие здесь более низкие, чем в Кабуле и других крупных городах, душистый белый хлеб просто дешев.
«Скоро хлеб станет еще более дешевым», — сказал Файзад, по словам которого тракторы «Беларусь» не единственное, что сегодня получили багланские кооператоры.
По данным Файзада, министерство передало в провинцию одновременно с тракторами 15 бортовых зерновозов грузоподъемностью по пять тонн каждый, 15 сеялок, 15 ковшовых тракторов, большое количество культиваторов и другой сельхозтехники. Многое из перечисленного также белорусского производства.
ДОРОГА ДОМОЙ
Обратный путь в Кабул был сродни кошмарам из фильмов ужасов. Один из джипов закружило на дороге, и он чуть не улетел в пропасть, его оттаскивали от обрыва тросами. Весь путь к вершине перевала был буквально «усеян» полуперевернутыми грузовиками и бензовозами. Генерал Ходайдад, посадивший меня в свою машину, рассказывал о том, где в 80-х годах стояли заставы его дивизии, а где советские, вспоминал прошлое, делился планами на будущее. Достойный сын своего народа, он твердо верит в то, что афганцы сумеют все-таки выбраться из 30-летнего непрекращающегося военного конфликта с минимальными потерями. Он привык командовать военными частями и соединениями, а потому работают в министерстве по борьбе с наркотиками по-военному — от зари и до зари. И что самое главное — положительные результаты налицо.
Умаявшись от езды по горному перевалу и пережитых впечатлений, я уснул под монотонные рассказы моего друга-генерала и очнулся уже, когда стемнело в горном ресторане в Джабаль ус-Сирадже, населенном пункте на Южном Саланге. Ходайдад лично проверил, чтобы все были вкусно и сытно накормлены, чтобы перед каждым участником путешествия стоял чайник с ароматным зеленым чаем.
Возвращались мы в Кабул уже глубокой ночью, я пересел в машину к Файзаду, так как генеральский джип повез министра сразу домой, оторвавшись от колонны намного вперед. А мы вновь участвовали в дорожных ралли, дружно окрестив манеру езды нашего бравого водителя «охотой на грузовики и местных жителей». Кончился дорожный слалом тем, что уже на подъездах к Кабулу в нас влетел еще один лихач, помявший корму нашей Тойоты. Но все обошлось без потерь, мы доехали до министерства, где я пересел в свой джип, на котором отправился в посольство.
По дороге домой думалось о том, что все в нашем мире взаимосвязано, что боевые друзья не теряют друг друга даже по прошествии почти 30 лет, что есть время разбрасывать камни, и что есть время их собирать, что, возможно, когда-нибудь придет время и афганские люди заживут на своей земле спокойно и счастливо, без всяких «коммунизмов» и «западных демократий», что у них будут рождаться нормальные дети, не боящиеся взрывов снарядов и свиста пуль. Все это непременно должно сбыться.

В.Ферсович. Интервью Курейши (МИД Пакистана).

Во вчерашнем интервью МИД Пакистана Курейши на вопрос «Би-Би-Си», кто виноват в том, что в Пакистане сейчас — наивысший процент террористов в мире, ответил примерно так: «Вы. Во время войны с СССР в Афганистане вы собрали в приграничных районах нашей страны моджахедов со всего мира, вооружили и, как идеологическую основу их борьбы с режимом и советскими войсками в Афганистане, определили борьбу за чистый ислам.» Вот, типа, исламизм на ваши деньги и расцвел. Мушарафа и пр. предшественников он определяет как диктатора, но от американских бабок не отказывается — нужны,мол, для общей борьбы.
Жаль, что интервью пока только кусками доступно…: http://news.bbc.co.uk/2/hi/programmes/hardtalk/8388270.stm

А.Мельник. Прощай, Советский Союз! Часть 2

АРКАДИЙ МЕЛЬНИК. ПРОЩАЙ, СОВЕТСКИЙ СОЮЗ!(главы из книги)
Е-мейл: drokia@mail.ru Тлф. 8 961 850 37 73
Мы публикуем продолжение книги нашего выпускника. Начало см. на нашем сайте:
Часть 1
ЧАСТЬ ВТОРАЯ

6. Перлы Горбачева. Добрый дядя Горби.
Мои записи за эти годы. Анализ ситуации. Разоблачение злопыхателей. Так уж и был неизбежен «развал» Союза? Не лучше ли говорить о разгроме Союза? Политический портрет Горбачева. Доброта — хуже воровства. Доводы Абалкина. Ответственность за деяния.
полный текст см. в приложении.

Е. Лексунов. Моя поездка в Рашт.

Рашт — город в Иране, центр провинции Гилян. Население 550 тыс. чел. Расположен на равнине к югу от Каспийского моря.
Рашт и провинция Гилян вместе с Азербайджаном много раз занимались русской (а затем и советской) армией (после войны с Персией в 1723—1736, потом в 1909—1912, 1915—1918, 1920—1921, 1941—1946). Здесь же была основана Персидская Советская Социалистическая Республика (1920 — 1921).

Рашт или Решт? Все русские, даже те, кто знает персидский язык, говорят «Решт». Все иранцы говорят «Рашт».
Рашт – это город дождей. С ноября по апрель постоянно идёт мелкий дождь. Летом влажно и жарко. Население менее религиозно, чем в других городах. Люди без боязни идут на контакт с иностранцами. Большинство женщин вместо черного платка носят лёгкую цветную косынку, из под которой видны локоны волос. Такое трудно представить в других городах. Даже в некоторых районах Тегерана такое невозможно. В Раште всё дороже, чем в Тегеране, поэтому делать покупки там не стоит.
Интернет. В Раште интернет работает слабо. Яндекс заблокирован, ибо считается эротическим сайтом. Почему? Вопрос не ко мне, а к персам. Точно также к эротическим можно было бы отнести и мэйлру и яху. У них не меньше поисковых возможностей. Однако, как и в борьбе с алкоголем, так и в борьбе с эротикой персы непоследовательны. Запрещено производство, употребление, продажа и даже хранение спиртных напитков, зато во всех продовольственных магазинах неограниченно продают сахар и очень качественные немецкие дрожжи. А на яндекс можно зайти через ссылки www.mail.yandex.ru или через www.ya.ru Иногда можно и через другие поисковые программы.
Малоизвестный факт.
Рашт – это столица бывшей Персидской (Гилянской) Советской Социалистической Республики. Да, была и такая. С1909 г. до конца в 1911г. важным центром персидской революции была провинция Гилян. Позднее в лесах Гиляна сформировалась движение джангалийцев (от перс. джангаль — лес).
В апреле 1920 г. в северном Иране под руководством шейха Мухаммада Хиёбони поднимается восстание против иранского правительства и поддерживающих его англичан, которое было разгромлено в сентябре того же года в Тебризе.
17 мая 1920 г. из Баку вышла Волжско-Каспийская военная флотилия. Ей командовали Федор Раскольников и Серго Орджоникидзе. Флотилия взяла курс на Анзали, где находились корабли, угнанные белогвардейцами. 18 мая флотилия выдвинула ультиматум английским войскам, занимавшим г. Анзали. В ходе боевых действий англичане и белогвардейцы отступили. Контроль над кораблями перешел к Советам.
4 июня 1920 г., отряды джангалийцев под командованием Мирзо Кучек-хана взяли г. Рашт — столицу провинции Гилян. 5 июня, после переговоров с советскими представителями, в Раште провозглашается Гилянская Советская Республика, при обязательном условии советского невмешательства в ее внутренние дела. Как ни странно большевики не стали вмешиваться во внутренние дела Гилянской Советской Республики и навязывать свою модель построения социализма. Вероятно, помешала продолжавшаяся гражданская война.
Главой республики стал Мирзо Кучек-хан. В августе 1920 г. Мирзо Кучек-хан начал наступление на соседнюю провинцию Зенджан, но потерпел неудачу.
В сентябре 1920 года большевики вернули угнанный белогвардейцами флот и приступили к переговорам с шахским правительством. 26 февраля 1921 года был заключён советско-иранский договор о постепенном выводе советских войск. По этому договору, советские войска начали покидать Гилян с апреля 1921 и полностью ушли 8 сентября 1921 г.
А Мирзо Кучек-хан тем временем возглавил правительство республики в мае 1921 г. 8 мая республиканская армия стала Персидской Красной армией. А 5 июня сама республика была переименована в Персидскую Советскую Социалистическую Республику. В июне Персидская Красная Армия сделала поход в провинции Мазандаран, Зенджан и попыталась даже овладеть Тегераном. И опять неудачно.
2 ноября 1921 г. территорию республики захватили войска иранского правительства. Мирза Кучек-хан бежал и погиб от холода в горах. Его голову выставили на всеобщее обозрение в г. Рашт.
……. Однако. Население Рашта всегда положительно отывалось о Мирзо Кучек- хане в личных беседах со мной. В Раште есть памятник Мирзо Кучек Хану. А в Тегеране есть переулок Мирзо Кучек Хана. Вы на нем окажетесь если выйдите из главных ворот нашего посольства и перейдете улицу Нуфель Лушото. В этом переулке находится здание клуба посольства РФ.
А еще в Раште есть Генеральное Консульство РФ. Добраться до него с местного автовокзала на такси можно всего за 20 000 риалов (2 доллара США по ценам на апрель 2009). В настоящее время ведется капитальный ремонт нашего Генконсульства в Раште. Стройку ведет ЗАО «Моссиб», где я и трудился в качестве переводчика персидского языка. Остальным не советую: уменьшают зарплату задним числом, естественно заранее об этом не предупреждают.
Всем всех благ.

А. Каменев. Закат Апрельской революции

— Переведи ему: «Генерал — и в Африке генерал».
— Генерал в Африке — тоже генерал.
— А в Афганистане?
Из переводческой практики

«Здесь платят деньги не за работу,
а за пересечение границы».
Народная мудрость

8 сентября 1991 года

Из Москвы в Кабул вернулся из отпуска Главный военный советник генерал армии Драчев со своим порученцем майором Клуша и переводчиком капитаном Камушкиным. Встречавший ГВС в аэропорту представитель ГРУ проинформировал, что в стране назревают события — министром обороны Ватанджаром готовится переворот. А сценарий разработан Президентом.
Сам Наджибулла улетает в Индию, Ватанджар выводит танки на улицы города и заявляет о переходе власти в его руки. Для того чтобы выяснить ситуацию детальнее, было решено пригласить министра обороны на виллу ГВС, хорошенько накачать водкой и попытаться выудить нужную информацию.
Опасения были реальны. И основания для переворота были. Генерал армии Ватанджар, еще будучи лейтенантом, участвовал в антимонархическом перевороте 1973 года. В апреле 1978 года его танк первым протаранил республиканский режим Дауда, после чего и победила Апрельская революция. Ватанджар стал министром внутренних дел, затем министром связи, потом снова министром внутренних дел, а в марте 1990 года, после неудавшейся попытки государственного переворота, организованного военными во главе с Шахнавазом Танаем, пересел в кресло министра обороны.
Пригласили министра на четверг. Посидим, мол, в дружеской обстановке, отдохнем. Водочки попьем. О последних событиях в Москве расскажем: путч так называемый видели. Тем более пятница — выходной.

10 сентября

На заседании Ставки уточнили у Ватанджара еще раз — придет ли. Заверил, что будет. Ограничили круг присутствующих до четырех человек — сам ГВС, советник министра обороны генерал-лейтенант Шляповалов (по прозвищу Всадник без головы, в дальнейшем просто Всадник), министр обороны и переводчик. Место встречи — вилла ГВС. Она находилась рядом с посольством.

12 сентября

Утром генерал Драчев вызвал переводчика Камушкина и вкратце обрисовал задачу: мы с генералом Шляповаловым накачиваем министра водкой, ты не пей, внимательно слушай, а наутро письменный отчет о встрече — мне на стол. Главное — разузнать, пойдет Ватанджар на переворот или нет.
Министр приехал даже раньше, чем обещал. Прапорщики, проживающие на вилле и поддерживающие там сносный порядок, стали суетиться и названивать в штаб аппарата ГВС — мол, гость прибыл.
Телефонный звонок застал Драчева в его кабинете в посольстве.
— Вот еж твоють, уже приехал? На полчаса раньше.
— Кто, товарищ генерал?
— Да министр обороны. Побежали.
В подобных случаях референта-переводчика засылают первым — сообщить, что минуты через две-три хозяева будут. Их срочно вызвал посол, но сейчас они в мыле прибегут. И точно, не успел Камушкин сообщить, что Главного военного советника в Республике Афганистан срочно вызвал к себе посол, как ГВС вместе со Всадником были на месте.
— Фу-у-ух, товарищ министр. Здравствуйте. Как ваше здоровье?
— Хорошо, ваше как?
— Нормально, товарищ министр. Фу-у-ух, вы извините, задержались. Посол вызывал.
— Как здоровье посла?
— Нормально, товарищ министр. Мы не ожидали, что вы так рано приедете.
— Я к друзьям приезжаю пораньше.
— Спасибо. Товарищ министр, я человек военный…
— Везирь-сахиб, Вас приглашают к столу.
— Саида (хорошо, ладно — на афганском языке).
ГВС с переводчиком сели с одной стороны стола, Всадник и Ватанджар — с другой.
— Товарищ министр, грамм по 50?
— Саида.
— Анатоль Санч, наливай!
Всадник наполнил рюмки и сел. Обращаясь к министру, сказал:
— Селедочки, товарищ министр? Отличная закусь!
— Везирь-сахиб, вот эта соленая рыба — очень хороша после водки.
— Нет, я эту рыбу возьму.
— Товарищ министр предпочитает шпроты.
— Анатоль Санч, ложи ему больше шпрот.
— А я все-таки возьму селедочки, — не унимался Всадник.
— Генерал Шляповалов будет есть соленую рыбу.
— Саида.
— Товарищ министр, если позволите, первую — за ваше здоровье!
— Саида.
Первую рюмку выпили стоя.
— Анатоль Санч, ложи ему больше. Да, товарищ министр, побывал я в отпуске.
— Как отпуск? Как семья?
— Нормально, товарищ министр. Съездил к себе на родину. Я ж из рязанских, косопузых.
— Генерал армии Драчев утверждает, что у жителей Рязанского вилаета искривленная форма живота и он сам в этом плане — не исключение.
— Как это?
— Министр обороны интересуется насчет косопузости.
— Это мы сами себя так называем.
— Зачем?
— Принято так.
— Традиция, везирь-сахиб…
— Товарищ министр, это все равно, что лаптем щи хлебать.
— Везирь-сахиб, это равнозначно тому, что человек будет есть шурпу из ботинка.
— Ка-а-ак?
— Из ботинка…
— Одно скажу: «Отдыхать — не работать».
— Отдых — не есть работа, везирь-сахиб.
— О-о-о!
— Товарищ министр слушает вас дальше.
— А че слушать-то? Наливай!
Всадник вновь наполнил рюмки. Ватанджар встал и прокашлялся:
— Предлагаю этот тост за дружбу и сотрудничество между народами и армиями наших стран, за здоровье Главного военного советника в Республике Афганистан генерала армии Драчева и членов его семьи! За здоровье советских товарищей!
— Я за ваше, товарищ министр. За ваше…
— Товарищ министр, такие цены у нас — ужас! Редиска — рубль пучок.
— Редиска стоит один рубль.
— Помидоры — 10-15 рублей
— Помидоры — 10-15 рублей, везирь-сахиб.
— Слива — 10 рублей килограмм.
— Я вот утром вставал и — на базар. Возле «Речного вокзала».
— Генерал-сахиб по утрам посещал базар.
— И что?
— Как что?! Редиска — рубль за пучок, помидоры — 10, слива — 10. Наберешь по чуть-чуть и сотки нет.
— Генерал-сахиб тратил на базаре каждый день по сто рублей. В Союзе все дорого.
— Картошка — 10 рублей.
— Здесь — хорошо!
— Товарищ министр говорит, что в Афганистане — хорошо. Все есть и дешево.
— Эт-точно, товарищ министр. Давайте по одной.
— Саида.
— Поехали!
— Вперед!
— Товарищ министр, ситуация сложная. Особенно после этого совместного советско-американского заявления о прекращении поставок. Надо принимать какие-то меры.
— Какие?
— Товарищ министр спрашивает, какие меры.
— Ну, какие-нибудь.
— В каком плане?
— Ну, в плане поставок.
— Так поставок не будет.
— Не будет. Но меры-то надо принимать.
— Какие меры?
— Меры в плане поставок.
— Но поставок ведь не будет?
— Министр уточняет, будут поставки или нет.
— Поставок не будет.
— Поставок не будет — и мер никаких не будет.
— Товарищ министр…
— Везирь-сахиб!
— Армия ведь останется, любому государству нужна армия. Будь-то нынешнее правительство или будущее коалиционное. Вооруженные силы останутся.
— Не-е-е-е-ет!
— Министр утверждает, что армия — необязательный инструмент государства.
— Ну, как же так?
— Царандоя достаточно будет.
— Достаточно МВД.
-Товарищ министр, надо же будет решать вопросы организации боевой подготовки, мобилизационной…
— Саида.
— Министр согласен.
— Анатоль Санч, наливай!
— Вот поэтому уже надо подумать о мерах, которые надо принять после прекращения поставок с нового года, с момента прекращения огня…
— Поставок не будет?
— Не будет.
— Не будет поставок боеприпасов — не будет и армии. Будет толпа демонстрантов в униформе. Поэтому о мерах пусть думает господин Раббани и господин Хекматьяр. А мы решение приняли. Свое.
— Какое, товарищ министр?
— Для нас с вами, товарищ Драчев, коммунистов-революционеров, физическая смерть не имеет большого значения. Сколько товарищей мы потеряли! Для нас главное — борьба за идею.
— Точно, товарищ министр! Я вот после этого путча сходил в Гражданскую оборону и забрал свой партбилет. А че? Я тридцать семь лет был членом коммунистической партии. И сейчас не собираюсь вступать ни в какую другую.
— Я и своим детям тоже сказал, чтобы в партию не вступали. Ни в какую.
— А в партию «Ватан»?
— Ни в какую! Вообще запретил детям заниматься политикой.
— Почему, товарищ министр?
— Политика — дело нехорошее. Это — борьба за власть между товарищами. Когда мы готовили революцию, то рассчитывали, что нам удастся улучшить жизнь народа. А что получилось? Из-за борьбы за власть между Тараки и Амином, Амином и Бабраком результаты революции оказались плачевны. Пять миллионов афганцев влачат убогое существование за границей, свыше одного миллиона погибло… И Москва нас бросила.
— Товарищ министр, мы вас не бросили.
— Бросили.
— Бросили, говорит.
— Не бросили, товарищ министр.
— Бросили и предали.
— Ну, товарищ министр… Мы вас не предали. Мы — с вами.
— Москва предала.
— Но мы-то не предали.
— Предали.
— Говорит, что предали.
— Ни хрена! Я ему скажу по-русски: «Ни хре-ена!». Переведи ему: «Ни хре-ена!».
— Сельдерея нет, везирь-сахиб!
— Какого сельдерея?
— Это такое русское выражение, что если, мол, нет сельдерея, то генерал армии Драчев с вами не согласен.
— Не-е, Москва предала!
— Товарищ генерал, он настаивает, что Москва предала.
— Да это там… в Москве… Черт подери… Принимают всякие решения…
— Везирь-сахиб! В Москве, к сожалению, принимают различные решения без консультаций с посольством, с Главным военным советником.
— Предали… Поэтому я решение принял.
Содержимое двухлитровой «Столичной» неумолимо уменьшалось. После шестой рюмки генерал Шляповалов стал подливать себе вместо водки минералку. Наблюдая за его манипуляциями с минеральной водой, Ватанджар продолжал:
— А некоторым нашим партийцам нравится спаивать товарищей, а потом смеяться над пьяными. Садятся за стол, а сами не пьют, ссылаясь на здоровье. Ну, коли ты болен — зачем пришел на пьянку? Я не имею в виду присутствующих.
— Правильно, товарищ министр, давайте еще по одной.
— Саида.
Немного погодя министр продолжил:
— Итак, мы решение приняли.
— Товарищ министр, а дети, жена?
Ватанджар однозначно показал, размахивая руками и прикладывая указательный палец к виску, что сначала перестреляет детей и жену, а затем и себя лишит жизни.
— Товарищ министр, не надо!
— Надо!
— Товарищ министр, вы мне сообщите, мы вас спрячем.
— Где?
— В посольстве.
— Я не буду прятаться в иностранном посольстве! Я решение принял.
— Не надо, товарищ министр.
— Надо. Решение уже принято.
— Вот человек, а! Вот это человек! Слушай, Анатоль Санч, вот это человек!
— Что он говорит?
— Министр спрашивает, что вы хотите сказать.
— Скажи ему, что я его очень люблю.
— Генерал Драчев говорит, что он вас очень любит.
— Че там, кончилось, что ли?
Двухлитровка была пуста.
— Эй, Синицын, неси еще, еж твоють! Товарищ министр, еще по одной — и к чаю.
— Саида.
Старший прапорщик Синицын молча принес пол-литровую бутылку «Столичной». Всадник вновь наполнил рюмки водкой, себе же налил минералки. Пили стоя. И закусывали глубоким поцелуем в уста.
— Как насчет чая?
— Саида. А где тут туалет?
— Министр интересуется сортиром.
— Синицын! Проведи товарища министра в туалет. Эх, товарищ министр, я бы вам такой почетный караул устроил! Я же был в Волгограде командиром роты почетного караула.
Ватанджар этого уже не слышал. Он брел по стенке к туалету.
— Синицын, еж твоють. Пойди ему помоги.
— Да он сам справится.
— Пойди, я сказал! Лысый уже, а ума — ни х… Все хихоньки да хахоньки. Че лыбишься? Это же политика, мудак. По-ли-ти-ка! Это же министр. Ми-ни-стр! Пойди помоги, я сказал. Какой человек! Твою мать… Эх, ща как построю вас всех! Разболтались! Еж твоють! Мудаки!
Около двадцати минут продолжались попытки построить почетный караул. Министр обороны Афганистана все еще пребывал в туалете.
— Синицын, неси коньяк! Ка-кой человек!
— А хорошо мы его раскрутили, товарищ генерал!
— Анатолий Александрович, что ты чушь порешь?
— Все ж хорошо, товарищ генерал.
— А может и хорошо. Ну и надрался же я… Синицын, чай готов?
— Готов.
— Мудак.
— Вам видней, товарищ генерал.
— Все равно мудак. И порученец — мудак. Во, смотри. Переводчик голову потупил. Университет закончил. Не военный ни х… Слушай, че он там, спит, что ли? Синицын, пойди разбуди!
Только Синицын сделал движение в сторону туалета, как дверь распахнулась, и оттуда довольно уверенной походкой вышел министр обороны. Заметно посвежевший.
— Ну что, к чаю?
— Саида.
Пить чай перешли в соседнюю комнату к маленьким столикам.
— Завтра голова болеть будет. Товарищ министр, приходите завтра лечиться по формуле, — продолжил беседу Всадник.
— Как это?
— Министр интересуется, в чем заключается формула.
— Это наука, товарищ министр. Приезжайте, полечимся.
— Куда?
— Сюда.
— Зачем?
— Лечиться, чтобы голова не болела.
— Как будет выглядеть лечение?
— Вот утром встаете и сразу соточку принимаете. Но не закусывать. Ни в коем случае. Минут двадцать походить нужно.
— И?
— А потом вторую, но обязательно закусить.
— И все?
— Если настроение будет, то можно и третью…
— Генерал Шляповалов, вы это серьезно?
— Анатоль Санч, хватит формулировать. Товарищ министр. Коньяк с фруктами?
— Саида.
После рюмки коньяка свежесть с лица министра обороны исчезла. Он погрустнел и утоп в кресле. Коньяк уже больше разливали, чем пили. Оба генерала армии, обнявшись, застыли в глубоком поцелуе.
— Товарищ министр, вы заранее сообщите, чтобы мы вам место нашли.
— Я не буду прятаться в иностранных посольствах.
— Товарищ министр…
Попытки убедить Ватанджара найти убежище в иностранном посольстве Советского Союза, где он уже однажды пережидал несколько дней перед устранением Хафизуллы Амина, успеха не имели.
— Во человек, а! Ладно, слушай. Переведи ему, что имели мы тот пароход, который дерьмо возит.
— Товарищ генерал, Афганистан — страна сухопутная, не поймет.
— Переведи, я сказал!
— Везирь-сахиб, есть такой пароход, который осуществляет перевозки перегноя…
— Какой пароход?
— Который перевозит удобрения…
— И что пароход?
— Перевозит фекалии.
— И что?
— Ничего. Просто есть. Существует.
— Да хватит переводить про этот пароход, ну его на хер.
— Что с пароходом?
— Министр интересуется судьбой парохода.
— Скажи, что утонул со всем содержимым.
— Утонул, везирь-сахиб, только круги по воде…
— Ты перевел про пароход?
— А по радио не сообщали.
— Перевел.
— Аслан!
— Да, Аслям.
— Аслан, ты знаешь, как я тебя люблю. Переведи ему.
— Он вас любит.
К этому моменту Ватанджар окончательно потерял дар речи и только мычал.
— Переведи ему, что я его очень крепко люблю.
— Он вас очень крепко любит.
— Гм-м-м-м.
— Че он молчит? Ты перевел?
— Перевел.
— Скажи ему, что он даже не знает, как я его люблю.
— Генерал-сахиб говорит, что вы даже не представляете масштабов его любви к вам.
— Гм-м-м-м.
— Аслан!
— Да. Аслям.
— Не, товарищ министр!
— Не-е-е-е-е-е-ет!
— Ну, хорошо. Аслан.
— Да, Аслям.
— Нет. Не могу. Товарищ министр! Я так привык говорить — товарищ министр.
— Он так привык говорить — вазир-сахиб.
— Ладно, Анатоль Санч, наливай! Товарищ министр, как танкисты… По одной.
— А, танькист! Саида.
— Давай, поехали, за тот пароход…
— Товарищ Драчев предлагает выпить за дружбу между советским и афганским народами.
Ватанджару с трудом удалось встать:
— Да, за дружбу! За дружбу между афганским и советским народами, армиями и Вооруженными силами наших стран! За здоровье наших лидеров товарища Наджиба и товарища Горбачева! За успех политики перестройки в СССР и примирения в Афганистане!
— Товарищ министр предлагает выпить за тот пароход… за дружбу между народами, армиями и правительствами наших стран, за здоровье лидеров Горбачева и Наджибуллы и за успех нашего дела!
— Общего дела! Переведи! Общего дела!
— Общего дела, везирь-сахиб.
— Который дерьмо возит!

— Ну что, товарищ министр, по домам?
— Аллес, везирь-сахиб?
— А? Никуда я не пойду.
— У товарища министра нет желания покидать застолье.
— Анатолий Санч, наливай!
— По последней, товарищ министр.
— По последней не буду.
— Товарищ министр, давайте по последней.
— Саида.

— Товарищ министр, по домам?
— Никуда я не пойду.
— Министр не хочет домой.
Ватанджара приподняли, но стоять он был не в состоянии. На подмогу пришел его адъютант. С трудом процессия вывела министра на улицу. Оглядевшись по сторонам и освободившись от помощников, он развернулся, и шмыгнул обратно в открытые двери. Следом за ним рванулся шеф. Уже через минуту два генерала армии мирно сидели на диване. Ватанджар закрыл глаза, а шеф гладил его по голове и говорил о том, как его сильно любит. Переводчик уже не был нужен.
Вторая попытка вывести Ватанджара на улицу удалась с большими усилиями. На всякий случай прикрыли дверь, дабы отсечь пути назад.
На стоянке перед виллой стоял автомобиль «Тойота».
— Товарищ министр, вот… — и шеф вытянул руку по направлению к машине.
У Драчева была еще причина для встречи с министром. Он прикупил себе в посольстве трехлетнюю «Тойоту» за 200 долларов и хотел ее отремонтировать за счет афганского министерства обороны. Причем представил дело так, что машина в некотором роде государственная, и предназначается для нового начальника штаба ГВС, который вот-вот приедет. Целый генерал-лейтенант, а не какой-то там нынешний полковник. И как тут министру-то обороны после вкусного обеда отказать радушным хозяевам стола в мелкой просьбе. Оплати ремонт, и все тут. Не из своего же кармана.
Ватанджар воспринял этот жест как-то по-своему. Очевидно, он подумал, что сейчас будут фотографировать, и стал строить народ для съемки на фоне машины.
— Где переводчик?
— Я, везирь-сахиб.
— Ты кто?
— Переводчик.
— Стань сюда!
— Стал.
— Где переводчик?
— Я — переводчик.
Министр долго выяснял, кто переводчик и где переводчик, строил и перестраивал стройные, но покачивавшиеся ряды присутствующих.
— Везирь-сахиб, фотоаппарата нет.
— Ты кто?
— Я переводчик.
— Где переводчик?
— Фотоаппарата нет.
— Ну, че он говорит?
— Он уточняет, кто здесь переводчик, и как лучше сфотографироваться.
— Так фотоаппарата нет.
— Я уже сказал, что нет.
— А он?
— Он хочет фотографироваться.
— Синицын! Есть фотоаппарат?
— Нету.
— Мудаки. Все мудаки. И я мудак. Ладно, скажи ему, пусть завтра приезжает фотографироваться.

13 сентября

Пятница. К обеду подготовил два документа.

ОТЧЕТ
о встрече Главного военного советника в Республике Афганистан генерала армии Драчева Н.Ф. с министром обороны Республики Афганистан генералом армии Мухаммадом Аслямом Ватанджаром, состоявшейся 12 сентября 1991 года.
1. В настоящее время руководство РА негативно расценивает последние шаги Москвы на международной арене, которые были осуществлены без предварительных консультаций с афганской стороной. Выражена озабоченность отсутствием реакции на советское заявление других заинтересованных стран и сложностью в осуществлении контроля за прекращением поставок военно-технического имущества противной стороне. Афганское руководство и в дальнейшем хотело бы рассчитывать на долговременное взаимовыгодное сотрудничество с СССР. Оно неизменно в своем стремлении следовать курсу укрощения непримиримых.
2. В беседе была высказана озабоченность усилением позиций фундаменталистов в соседних странах, включая некоторые республики СССР.
3. Несмотря на серьезные разногласия в афганском руководстве между фракциями «Хальк» и «Парчам» правящей партии «Ватан» в настоящее время активизация какой-либо из фракций считается маловероятной.
Исполнил: капитан Камушкин А.И.

А К Т
«14» сентября 1991 года.
г. Кабул
Комиссия в составе полковника Коровина А.В., майора Клуши Н.С. и капитана Камушкина А.И. составила настоящий акт в том, что 12 сентября 1991 года Главным Военным Советником в РА генералом армии Драчевым Н.Ф. в целях укрепления близких доверительных отношений с военным руководством Республики Афганистан была организована встреча в городе Кабуле, на проведение которой на местном рынке были закуплены продукты на сумму тридцать восемь тысяч четыреста пятьдесят афгани.
На встрече присутствовало 26 человек.
Комиссия считает, что названные продукты на сумму 38450 афгани подлежат списанию с книг учета.
Полковник Коровин А.В.
Майор Клуша Н.С.
Капитан Камушкин А.И.

14 сентября

Пока ГВС был в отпуске, генерал-лейтенант Шляповалов оставался за старшего. События под Файзабадом, центром афганского Бадахшана, наложили на него большую ответственность. Будучи знатоком современной военной стратегии, тактики и оперативного искусства, Всадник спланировал наступательную воздушно-десантную операцию по разгрому группировки мятежников. Замысел был таков: переброска вертолетами из Мазари-Шарифа личного состава на советскую территорию, накопление сил и средств на границе, заправка вертолетов и десантирование войск с воздуха. Оказывается, отговорить Всадника от этой затеи удалось с большим трудом. Еле втолковали, что в современных условиях этого нельзя делать. Не дай бог, ООН узнает, на весь мир прославишься.
На утреннем совещании у ГВС решили занять афганцев прикрытием границы. Поставок нет и не будет, надо же как-то обосновать необходимость своего присутствия. На прикрытие границы Всадник бросил всех своих специалистов, включая доктора Руденко. Как Док ни пытался объяснить свою ненужность на этом мероприятии, он получил категорический отказ. Генерал Мячин — советник Начальника штаба МО, или попросту Лева, попросил доктора не брать для прикрытия слишком большой участок границы, а нарезать себе кусочек в районе моста «Дружбы», дабы гарантировать благополучный исход на Родину. Перед поездкой в МО доктор вытащил из папки рукотворную карту РА, которую срисовал на развернутом тетрадочном листе в клеточку за 2 копейки. Лева сказал, что через неделю-другую его можно будет посылать и на пуски ракет Р-300 «СКАД».
Доктор вернулся к 12-ти, доложил, что стратегические резервы на границе созданы. И граница прикрыта. Афганцы, правда, не были готовы разрабатывать план прикрытия государственной границы, долго возмущались, что им, мол, не ставили такую задачу. Лева, понимая всю ответственность момента, заявил: «Хоть и будем работать на корзину, что несомненно, но нужно постараться, и исполнить работу качественно».

16 сентября

Проводы начальника штаба аппарата ГВС полковника Ринахина. Отмечали на вилле шефа. После объявления двух перерывов, и не дойдя до сладкого, шеф, Всадник и новый начштаба генерал-лейтенант Перфильев покинули торжество. И вдруг телефонный звонок на виллу. Лева берет трубку.
— Слушаю. Кто это?
Звонил оперативный дежурный штаба ГВС.
— Что там такое?
— Духи в 4 километрах от Гардеза.
— Погоди, не клади трубку. Я сейчас позову Борисова, он их отгонит.
И, обращаясь к полковнику Борисову — начальнику отдела кадров ГВС, сказал:
— Эй, Борисов, ну-ка отгони духов километров на восемь!
Несмотря на серьезное положение под Гардезом и поубавившуюся радость остающихся, Лева продолжал, обращаясь к виновнику застолья:
— Саша! Черт с ним, с Гардезом. Сдадим! И Джалалабад сдадим, и Герат, и Кандагар, и Мазари-Шариф! Да еще столько сдавать осталось! Давай выпьем! И вообще — не такие дела заваливали! И это завалим! С богом!

17 сентября

В аппарате скандал. Шеф устроил разнос майору Арефьеву — старшему специалисту по запускам ракет Р-300. Похоже, высылают в Союз. Афганцы его вызвали в ночь на пуски по Гардезу. То ли он забыл передать в штаб ГВС координаты для проверки, то ли штаб чего-то не уразумел. Скорее второе. На картах штаба получалось, что удар наносился в 300 метрах от переднего края, что достаточно опасно при возможных отклонениях ракеты до двух километров. Потом выяснилось, что духи находятся не в 12 километрах от Гардеза, а в четырех, и удар получился отменный! Прямо по скоплению танков и бронетехники. Афганские ракетчики поощрены ценными подарками, а майор Арефьев — «выкинштейном». Итог — важен не результат, а принципы. К тому же у Арефьева не было карты. А на карте, которой у него не было, не нанесен передний край.

18 сентября

Вчера шеф пытался встретиться с Наджибом. Безрезультатно. Зато сегодня Наджиб сам звонил шесть раз. И один раз ездили к нему. Он то просил самолеты Ан-22, то отказывался от них, так как нет пилотов на эти самолеты. Потом просил парашюты и помощи в розысках афганских чудаков-пилотов, отправленных в Киев за самолетами Ан-32. До позднего вечера искали их по всему Союзу. Нашли в Ташкенте. Они отказываются вылетать из Ташкента в Кабул. Все самолеты забили товаром: мотоциклами, велосипедами, бытовой техникой. Договорились с таможней, чтобы их не шерстили. Кажется, вылетают.

19 сентября

Теперь не замерзнем. Шеф подписал бумагу на имя министра обороны, чтобы МО выделило семьсот тысяч афгани на закупку обогревателей для советских специалистов. Не закупить, а выделить деньги.
Возвращаясь со Ставки, шеф критиковал водителя:
— Хм, по Москве возил. Вот в частях — да! Начальник едет со скоростью 5 километров в час — и ты так должен ехать!
Всадник беседовал с министром обороны.
— Товарищ министр, надо принимать меры по прикрытию границы.
— Ничего же пока не известно, кто будет прикрывать.
— Вот нам тоже неизвестно. Дайте команду МИДу. Пусть прояснят обстановку. Я — человек военный, люблю ясность.
— Я — тоже не специалист по сельскому хозяйству.

20 сентября

На «Тойоту» шефа переделываются документы. Якобы машина куплена не в сентябре, а в мае с целью ее эксплуатации здесь. Таможенная пошлина должна быть меньше.
Вечером к доку пришел полковник Полищук за таблетками от нервов. Всадник поставил ему задачу к утру нарисовать график по убиенным в Гардезе. И расписать по дням. Зря Полищук переживает. Ведь могли озадачить составлением и поименного списка.

21 сентября

Шеф разругался со Смирновым — начальником 10 управления ГШ — по поводу сокращения штата. Вроде бы, сократят со ста человек до двенадцати. Штаты спланированы на новый 1992 год. К Новому году будем дома.

25 сентября

Ставка по Гардезу и Логару. Как стояли духи в 4-х километрах от Гардеза, так и стоят. Последнюю неделю не смолкают победные реляции. Вчера отвезли Наджибу план контрнаступления. Утвердил.
Двадцатку (кэгэбэшников) сокращают со 120 человек до 20.
Аппарат ГВС — до 12 человек (включая 3 спецов по космической связи, 2 водителей, 1 переводчика). Старшим останется Перфильев. Шеф рассчитывал, что оставят старшим его.

25 сентября

Шляповалов заболел. Вызвал к себе доктора. Говорит, что день — насморк, день — горло. Половина головы ничего. Вторая половина — тяжелая. Док выдал два вида таблеток, сказал:
— Аскофен — три раза в день, а вот эти — два раза.
— Глотать одновременно?
— Если получится — одновременно, но не всегда выйдет: одни-то два раза в день, а другие — три.

26 сентября

Вчера ездили к Наджибу. Шеф надеялся, что Наджиб попросит Горбачева оставить Драчева.
Наджиб: — Что будем делать? Ждать?
Драчев: -Ждать.
Шеф пытался запугать Наджиба тем, что останется дурак Шляповалов. Как будто афганцы его боятся. А они его за дурака и держат.

4 октября

Для улучшения работы призывных комиссий на местах Наджиб послал министров по провинциям. Министр обороны уехал в Герат. Шляповалова с собой не взял. Тот остался в Кабуле обиженным:
— Слушай, я ему скажу.
— Кому, товарищ генерал? — спрашивает переводчик.
— Да министру. Я же при нем специалист. Это же пощечина. Я ему обязательно скажу.
— Товарищ генерал, Герат каждый день обстреливают. Может и лучше, что не взял.
— Может и лучше, но я ему обязательно скажу.

8 октября

Всадник стал страдать бессонницей. Обращаясь ко мне, говорит:
— Сегодня опять до муллы не дотянул.
— То есть?
— Мулла в 4 утра встает, а я в 2 проснулся.

10 октября

Всадник в министерстве обороны ставил задачи усиления ПВО Кабула. Возвращаясь в посольство, заявил, что ПВО — это как волосы на лобке у женщины — прикрывают, но не защищают.

27 октября

На прошлом совещании шеф заявил, что никого не отпустит до Нового года.
Всадник никому не дает покоя. То приказал составить Полищуку список погибших под Гардезом, то гоняется как угорелый с подсчетом снарядов и сколько афганцы протянут.

28 октября

На совещании аппарата ГВС шеф выдал тираду:
— Я не против того, чтобы люди ходили по дуканам, выезжали на зеленку (зеленый базар). Я сам три дня назад выезжал на зеленку. Захожу к индусу, который стихами предлагает гондоны, мадонны, платки… А тот говорит: «Вот вы, советские, уедете к Новому году, продавать товар некому будет. Закрою свой дукан и уеду в Индию». Ну, кто тебя просил?! У кого языки не держатся за зубами? Я всегда говорю: «Выйди в поле… и выговорись». Синицын, отведи на вилле возле бассейна угол, пусть приходят и трепятся сколько душа пожелает. Фарук — бывший командующий ракетными войсками, в прошлом году уволен. Звонит Мячину и спрашивает: «Ну что, к январю уезжаете?». Отставник знает! Чего тебе?.. Делать нечего? Узнаю, у кого язык чешется — за 12 часов отправлю! Пешком. Вы же военные люди. Как опустились! Как же с вами решать боевые задачи? Безобразие!

29 октября

Ельцин заявил, что Россия никаких кредитов никаким странам выдавать не будет.
Ставка закончилась быстро. Шеф докладывал результаты космической разведки. Наджиб только уточнил, будет ли космическая разведка с нового1992 года.
Всадник должен был вернуться из Мазари-Шарифа после обеда. Видимо, обед затянулся.

30 октября

Шляповалов вернулся из Мазара. Не хотели сажать на военный борт. Вместо личного состава летчики набили самолет гражданскими за соответствующую мзду. Всадник сказал, что он советник министра обороны, а его открыто посылали на три буквы.
По «Вестям» передали, что делегация афганской оппозиции во главе с Моджаддеди посетит Москву в начале ноября.
Полковник Щербаков, специалист по разведке, утверждает, что афганцы уже знают день нашего отлета (25 и 28 декабря).

1 ноября

Вчера перед Ставкой с утра съездили к министру обороны. Шеф пошел на примирение. Заявка на покупку обогревателей на 700 долларов находится у замминистра по строительству, а тот в Гардезе.
На Ставке докладывал генерал-полковник Делавар — начальник Генерального штаба и Саид Азам, прибывшие из Гардеза. Ругань стояла! Личный состав подают на замену, а в Кабуле все плюсуют. По бумагам личного состава в Гардезе в два раза больше, чем на самом деле. С учетом боеприпасов тоже не все в порядке.
С утра едем к Делавару поднимать моральный дух. Начальник Генерального штаба заявил, что боеприпасов в Гардезе вообще нет.
Моральный дух подняли. Шеф разразился философской тирадой применительно к условиям горно-пустынной местности:
— Когда катят бочку в гору, то на некотором этапе она уже вверх не катится, а начинает движение вниз. И здесь главное — оказаться не под бочкой, а вверху на горе, и иметь в руке маленький камушек, который может остановить бочку. Чтобы на тебя бочку не катили.
У Наджиба опять просили изюм за поставку 1 тонны авиамасла ИПМ-10.

6 ноября

До обеда ездил с доктором по дуканам. После обеда ничего не планировалось, однако были вызваны пред светлые очи. Оказалось, что звонил генерал Бакы. У его дочери в Москве то ли радикулит, то ли смещение позвонков. Просил устроить в госпиталь имени Бурденко. Выезжали с Доком к Бакы. Вернулись и доложили. Телеграмму в Москву дали. Но звонить шеф не стал. Скорее всего откажут.
-У нас, ведь, как принято? Если я звоню — отказать не имеешь права! А если телеграммой — можешь отказать.

7 ноября

Ставка прошла за 10 минут. Осложнения под Джалалабадом.

12 ноября

Вчера доложили министру обороны новый штат военных специалистов на 1992 год. Когда Ватанджар узнал, что старшим остается генерал Перфильев, спросил, знает ли тот кого-либо в Министерстве обороны в Москве, и знают ли там его. Всадник попытался что-то сказать, но Ватанджар продолжил, что будет рад, если из Москвы пришлют даже сержанта.
Вчера на Ставке Наджиб заявил шефу, что сегодня будет еще одна Ставка, так что пусть товарищ Драчев приезжает. Шляповалов в машине спрашивает у шефа:
— Мне не надо ехать?
— А зачем, тебя ведь не приглашали.
Всадник очень обиделся, сегодня носился по посольству и всем говорил:
— Сегодня узкая Ставка, меня не пригласили.
На Ставке заслушивали ситуацию под Гардезом. Принято решение отправить НГШ в Мазари-Шариф, а командующего Кабульским гарнизоном генерала Азими в Гардез. Осложнилась ситуация на севере. Опасность блокирования дороги Кабул — Хайратон и захвата Хайратона. А Хайратон — это все военные склады и арсеналы афганской армии и граница с Узбекистаном.
Хромой Бакы должен сегодня лететь в Москву выправлять позвонки своей дочери.
ИЛ-76 прилетел из Алма-Аты только после 15 часов, загрузка проводилась в сумятице и неразберихе в щель полуоткрытой рампы. Долго не смогли завести четвертый двигатель. Улетел в сумерках в девятнадцать пятнадцать.

14 ноября

Всадник совсем потерял память. Посылает своего водителя с переводчиком Афониным на заправку, а минут через двадцать спрашивает у Мячина:
— Ты моего переводчика не видел?
— Нет, не заходил.
— Вот сука, проспал, блин.

15 ноября

Док устроил для спецов банкет в министерстве по поводу своего отъезда. После банкета Всадник, Лева и полковник Коробкин остались играть в карты. Когда Дока увидала жена Мячина, спросила, где же ее муж.
— Они там на совещании остались.
— Какое совещание в пятницу? Извините, но я эту бл… знаю. В карты играет.
А такая интеллигентная женщина.

16 ноября

На малом совещании ГВС шеф накричал на полковника Жбанова — специалиста по военным поставкам, и обругал его. Чего-то там он не доложил о поездке генерала Самада — замминистра по вооружениям в Москву.
Жбанов оправдывался:
— Я не х…йня, товарищ генерал.
— А я сказал: «Х…йня!».
Жбанова откомандировывают.

17 ноября

Ставка прошла без Наджиба. Закончилась за 5 минут. В 15.59 были уже в посольстве. В 18.00 с Володькой Афониным поехали к профессору Грюнбергу в «Ариану». Заехали в Шахри-Нау (новый город), купили шашлыка и водки. Вернулись в подпитии в 21.30 и сразу нарвались на шефа. Уже с полчаса меня искали. По городскому телефону мне на квартиру звонил Наджиб из-за вертолетов, которым не дают добро на взлет из Термеза. Гена Одарич взял трубку, принял информацию, но не уточнил, кто и почему не дает им разрешение. Стали искать меня. Получил втык и стал названивать Наджибу. Выяснилось, что пилоты еще не затарились товаром и сами не спешат вылетать.
Вчера на совещании искали майора Гавриленко, никто не знал где он. Хотя последний утверждал, что отпрашивался у генерала Аносова. Дома в подпитии Гавриленко сказал, что взорвет Аносова ручной гранатой. Шеф об этом узнал. Гавриленко откомандировывают.

18 ноября

Ну вот полковник Руденко — наш Док — улетел.
Все посольское руководство второй день ходит в трансе. Руцкой рубанул совместное с Раббани заявление о согласии на исламское правительство. В 10 утра посол в составе делегации из пяти человек выезжал успокаивать Наджиба. К 11 и мы с шефом выезжали поддержать Президента.

19 ноября

Дока, оказывается, шмонали на афганской таможне. Заставили вскрыть ящик, вывернуть карманы. Спросили, откуда у него доллары. Выясняется, что нам зарплату в долларах выдают не совсем законно. По валютному распоряжению Совета министров РА иностранным специалистам и советникам положено выдавать валюту через банк. При этом 40% выдается в афгани по государственному курсу, а остальные 60% — долларами на руки.
На заседании Ставки Наджиб отказался платить изюм за 144 «Урагана», которые уже в пути. Шеф страшно обиделся, так как выбивал эти снаряды у министра обороны и начальника Генерального штаба. С трудом выбил под изюм, под него же договорился с начальником управления тыла о выделении автомашин для аппарата ГВС. Наджиб сказал, что 252,4 тонны изюма не соберут в течение всего года. Шеф понял, что это произошло с подачи Ватанджара, и решил на совещания в министерство обороны не ездить.
На совещании аппарата шеф брызгал слюной:
— Не навязываться афганцам ни в коем случае. Попросят о помощи — помогите. Я больше к министру обороны ездить не собираюсь. Ни ногой! Нечего! Хватит. Приучили. С завтрашнего дня буду ездить с охраной. Порученцу, переводчику, водителю брать с собой оружие. Обеспечить связь машины с оперативным дежурным. Проверить БТР. Чтобы не было разговоров, выполнять приказ или нет. Как это не выполнять?! Да я тебя застрелю, если не выполнишь, и черт с тобой!

21 ноября

Выезд в город группам менее 4-х человек, без оружия и без регистрации в книге учета запрещен. Первый день прошел успешно, но уже сегодня система начала давать сбои. Машина охраны понадобилась жене ГВС для выезда по дуканам. Адъютант без поручений должен был ее прикрывать. Но тут заболел секретчик, выдававший оружие, и ехать в город пришлось без оружия. Однако бдительнее мы стали!
Навязчивая идея отремонтировать свою «Тойоту»-четырехлетку за счет афганского министерства обороны не дает шефу покоя. Министру обороны объяснили, что Дом советской науки и культуры (?!) выделил для нового начальника штаба аппарата ГВС автомобиль, который нуждается в срочном ремонте. Министр обороны предложил обратиться по интересующему вопросу к начальнику техники и вооружений МО генерал-лейтенанту Асадулле. Все было бы ничего, да при Асадулле состоял советником генерал-майор Томашевский. А Степана Томашевского в аппарате знали как борца за справедливость. За генеральскую справедливость. Его опасался даже шеф. При завозе дефицита в посольскую «Березку» Степан составлял очередность посещения магазина работниками аппарата. Конечно, первыми были генералы. А как же иначе. И чтобы не допустить шантажа со стороны Степена, было принято решение отослать его в Хайратон проверять перевалочные базы.
Переговорили с Асадуллой. Тот предложил отремонтировать «Тойоту» в автомобильном управлении министерства обороны, что обошлось бы дешевле. Драчев настаивал на ремонте в автомобильном дукане с последующей оплатой счетов Министерством обороны Афганистана. В конечном счете, договорились, что как генерал Драчев решит, так Асадулла и поступит. Ну и, естественно, чтобы об этом знали три человека: шеф, Асадулла и переводчик.
Степан должен завтра уже вернуться, а сегодня Асадулла заболел и на работе не показывался. А ведь его нужно было поставить перед фактом, что «Тойота» уже в дукане и самое главное сейчас — выбить деньги из банка. И деньги большие.
Артелью водителей-механиков был составлен список ремонтных работ и деталей, которые нужно закупить. Предполагалось закупить пять колес с колпаками, чехлы, аккумулятор, передние и задние тормозные колодки, цилиндры тормозные передние и задние, фильтр масляный, ремень привода распредвала, ремень генератора, ремень привода кондиционера, контакты распределителя, тормозные шланги, крестовины, шаровые опоры, втулки передние и задние, прокладку головки блока, бампер передний, диск сцепления с корзиной и выжимным подшипником, фонари габаритные и поворотные, стекла задних фонарей, свечи, масло, тормозную жидкость и антифриз. Плюс переборка двигателя, рихтовка, покраска.
Закупка деталей с их установкой была оценена в 1миллион 200 тысяч афгани или 1200 долларов. Без переборки двигателя. А сама «Тойота-Королла» обошлась в 200 долларов.
Итак, сумма была определена. Осталось выловить генерала Асадуллу. А Асадулла болел. И Степан не выходил из управления. Нужно было, чтобы Асадулла не болел, а Степан отсутствовал. Поскольку такого благоприятного стечения обстоятельств никак не удавалось заполучить, а приказ переводчику и водителю был поставлен, пришли к выводу, что Асадуллу надо пасти. Пасти в министерстве обороны, куда последний должен приезжать на совещания к министру, но не приезжал, или у управления, работой которого руководил, но там тоже не показывался.
Недели две мы вместе с водителем выезжали в управление техники и вооружения, парковали машину метрах в 150, и наблюдали за въезжающими и выезжающими машинами, выкуривали по полпачки сигарет, подъезжали к управлению, спрашивали у часового, на месте ли начальник управления. Начальника не оказывалось. На вопрос, прибыл ли господин советник, ответ всегда был положительным. Сделав кислую мину, мы отъезжали. Впоследствии выяснилось, что Асадулла слег в госпиталь. По не зависящим от нас причинам. Но нашего полку прибыло.
К ремонту «Тойоты» подключились работники спецслужб. Одни советовали отремонтировать машину в советско-афганском транспортном предприятии АФСОТР, другие в мастерской представительства «Тойота», куда машина и была благополучно сдана.
— Так, надо сказать, чтобы не выбрасывали старые детали. Пусть ремонтируют, но предупреди, чтобы без покраски. Говорят, что в АФСОТРе красят дешевле.
Договориться в АФСОТРе о покраске в короткие сроки не удалось. Там была очередь на две недели.
— Ладно. Будем красить в «Тойота-сервис». Сколько стоит?
— Двести долларов.
— Ого! Пусть красят. Они хорошо красят?
— Гарантию дают.
Не отказавшись от своей идеи, и будучи недовольным из-за недосягаемости Захина, шеф решил обратиться напрямую к министру обороны. Срочно была переведена оценочная стоимость работ.
Но тут в авторемонт вмешалась политика. На весь мир прозвучало совместное советско-американское заявление по Афганистану о прекращении поставок вооружения и боеприпасов воюющим сторонам. Конечно, заявление афганцев переполошило. Делегация Республики Афганистан во главе с Премьер-министром Халекйаром намеревалась из Нью-Йорка заехать в Москву. Из Кабула решили направить военную делегацию из трех человек для участия в переговорах с советским руководством. В приеме военной делегации Москва отказала. Об отказе в приеме военной делегации министру обороны сообщил военный атташе. Афганцы обиделись, но виду не подали.
И в этот момент генерал армии Драчев договорился о встрече с министром обороны.

22 ноября

Приехали к министру к десяти утра. После расспросов о здоровье долго беседовали о тяжелом состоянии советской экономики, о том, что Соединенные Штаты без войны победили Советский Союз, о том, что в СССР нет правительства. Драчев пытался сгладить вопрос о военной делегации, что, мол, это нужно рассматривать не как отказ, а как временную задержку в связи с тем, что советское руководство не успело должным образом рассмотреть поставленные афганцами задачи. Так что делегация обязательно поедет в Москву, но позже.
В кабинет к министру зашел начальник Генерального штаба Делавар. Снова поговорили о политике, попили чаю. В заключении Драчев обратился к министру:
— Товарищ министр, последний вопрос. Окажите содействие с ремонтом автомобиля.
— Обратитесь к Асадулле, я ему задачу уже поставил.
— Так ведь он в госпитале.
— Ну, тогда обратитесь к генералу Марджану. Хотя нет. Давайте сюда. На сколько там тысяч? Уф-ф-ф! Миллион двести.
Возникла напряженная пауза.
— Надо подумать о статье доходов. Я Марджану скажу.
А генерал-лейтенант Марджан, начальник штаба Главного управления вооружений, был в составе той делегации, которая так в Москву и не уехала. Хотя уже были поменяны афгани на рубли, закуплен товар для торговли в Союзе. Было очевидно, что в подобных условиях Марджан пальцем не ударит, чтобы выполнить просьбу ГВС.
Прощались сухо.
Уже в машине шеф стал заговариваться. С его уст срывался только один вопрос, который на протяжении веков будоражил умы русской интеллигенции — что делать? Идя по коридору посольства и постоянно оглядываясь, он все спрашивал себя: «Что же делать?»
Войдя в свой кабинет, спрашивает:
— Что будем делать?
— Видимо, ждать, товарищ генерал.
— Так, ладно, пусть ремонтируют. Сколько это будет стоить?
— Миллион двести, но если по минимуму, можно уложиться в пятьсот тысяч.
— Так… Где же взять деньги?
— …?!
— Где взять деньги?
— Может, поискать где-нибудь.
— Ладно, занимайся ремонтом. Деньги найдем. А впрочем, поезжай к Марджану, уточни, ставил ему министр задачу или нет. Но смотри, не попадайся на глаза Степану. Если Степан учует — продаст. Продаст?
— Продаст, товарищ генерал.
— Про-да-а-аст. Продаст, говоришь?
— Как пить дать.
— Про-да-а-аст. Да, про-да-а-аст.
— И не задумается даже.
— Про-да-а-аст. Точно, Степан продаст. Поэтому… ладно… поезжай к Марджану в 3 часа, Степан в это время будет на совещании у меня.
Мы уже с водителем примелькались у ворот управления по технике и вооружениям. Марджана мы в лицо не знали, но часовой ответил, что начальника нет на месте. На следующий день к поискам Марджана подключился Всадник. Марджана нашли. Нужно было тактично объяснить товарищу, что если ему министр поставил задачу, то Степану об этом знать не следует. Пусть доложит Шляповалову. На что обиженный и не уехавший в Москву Марджан заявил, что никому докладывать не будет, и что министр никакую задачу ему не ставил.
Шефа охватила паника, сопровождавшаяся расстройством желудка. Включили кондиционер.
— Так. На совещания к министру обороны больше ездить не будем. Много чести. Я думал поддержать его. А он? Пацан… Мальчишка… Говно! Революционер долбаный! Понаставил танков на пьедесталы… А я ему всегда подарки…
— Товарищ генерал, может бумажку забрать надо?
— Какую бумажку?
— С оценочной стоимостью, что министру передали.
— А зачем?
— Мало ли. Зачем следы оставлять? А то еще шантажировать начнет.
— О, е, точно. Надо забрать. Надо забрать бумагу. На-а-до забрать. Поезжай к Марджану, а если у него нет, езжай к начальнику канцелярии министра.
— А если она у министра?
— Если у министра — Шляповалов возьмет. Бумагу надо забрать. Понял?
— Понял.
И опять начались поиски Марджана…

23 ноября

Исторический день! При посадке в бронированный «Мерседес» защемил 230-килограммовой дверцей палец генералу армии Драчеву. Шеф полдороги охал и ахал, а Всадник рассказывал ужасные истории, когда танковым люком обрубало пальцы.
Володька Афонин уточнял, по какому пальцу попало. Волновался, что теперь в носу неудобно будет ковыряться.

24 ноября

На ставке Наджиб выразил Драчеву обиду за то, что афганская военная делегация не смогла вылететь в Москву. Попытки ГВС разъяснить ситуацию не дали должного результата. Стороны остались при своих. При выходе из бункера спрашивает:
— Ты ему перевел, что я позавчера беседовал с министром обороны, но разговор не получился?
— А вы разве это говорили?
— Еж твоють, му-у-да-ак. Не перевел, что ли?
— Не помню, товарищ генерал, чтобы говорили.
— Му-у-да-ак.
Сели в машину.
— Анатоль Санч, я говорил, что…
— Да-а. А как же. Конечно, говорили.
— Что с министром обороны беседовал, но разговор не получился?
— Да-а, говорили. А как же. Говорили.
— Да вот, мудак не перевел.
— Да перевел. Я слово в слово перевожу.
— А перевел, что разговор не получился?
— Я перевел, что разговор не совсем удался.
— Конечно, не совсем. Как же иначе?
— Перевел, товарищ генерал.
— Смотри мне, а то сразу… Мудак.

26 ноября

Шляповалов носился с паспортами для афганцев. Припахал переводчика Одарича. Гена носился между консульством, где не ставили визу, Обловым — советником-посланником, к которому Всадник обращался за помощью, послом, к которому обращался Облов с просьбой Всадника, консульским отделом, куда звонил посол, но, в конце концов, консул убедил посла, что это нарушение инструкции. Посол согласился, что нарушать инструкцию нельзя. И круг снова завертелся: Всадник — Облов — посол — консул. Гена прошел вторично Малую буддийскую колесницу, однако из четырех паспортов один оказался просроченным и, хотя виза на него была выписана, консул этот паспорт попридержал. А в это время телефон у меня на квартире разрывался. Искали Гену по поводу паспорта для Солдатского. Который улетает 27-го. Пришлось на час уйти из квартиры.

27 ноября

Всадник спрашивает у своего переводчика Афонина:
— Ты бы поехал сейчас в Москву на неделю?
— Я? Нет. У меня недавно жена была. Да и осталось-то две недели. Зачем доллары терять?
— А Томашевский сам поехал на неделю в Термез.
— Наверное, штамп пересечения границы в паспорте ставить не будут.
— Да нет, его приказом отдали.
— Значит, торговать будет. Сейчас в Узбекистане ткани дорогие. Здесь наберет — там толкнет.
— Ну, разве это генерал?

1 декабря

Афонин заболел. Всадник упросил шефа взять меня. Беседовали с министром обороны.
— Товарищ министр, как вы считаете, есть ли опасность сепаратистских тенденций в Афганистане?
— Такой опасности, по-моему, нет. Даже в случае прихода к власти Гульбеддина. Афганистан не будет подвержен разделу.
— А север?
— Кто на севере — таджики, узбеки, туркмены? Никто из них не сможет противостоять пуштунам, а они не допустят раздела Афганистана. Тем более что и на севере вдоль границы проживает много пуштунов.
— А на юге?
— Кто на юге? Белуджи?
— Товарищ министр, так пуштуны и белуджи — это одно и то же.
— Что он говорит?
— Товарищ Шляповалов считает, что пуштуны и белуджи — это одно и то же.
— Это не совсем так.
— Ну как же! Я в справочнике читал.
— Товарищ генерал, не спорьте с пуштуном о том, кто пуштун, а кто белудж.
— Да у них и язык-то один.
— Анатолий Александрович, у них два языка, и они разные. Я это знаю. Помните у Высоцкого: «Я был белуджем и судьбину клял»? Высоцкий же не о пуштунах говорит, а о белуджах.
Подобные доводы убеждали. Всадник все-таки согласился, что между пуштунами и белуджами существуют некоторые различия.

4 декабря

Некоторые самолеты «воздушного моста» не заправляют уже и в Ташкенте. В связи с этим упорно ходят слухи (со ссылкой на авиадиспетчеров), что улетать будем раньше. С 20-го по 24-е.
Володька Афонин выздоровел, и уже второй день работает с Всадником. В половину девятого утра тот ставит Володьке задачу:
1. Забрать паспорта у афганцев и отдать в консульский отдел.
2. Съездить с водителем в ремроту, решить вопрос с глушителем — заехать на базар и купить.
3. Заехать в автохозяйственное управление.
4. Без пятнадцати десять быть с машиной в посольстве.
Генерал Мячин добавляет:
— Не забудь до без пятнадцати десять трахнуть хозяйку и накормить Жучку.
— Хозяйку я и сам трахну. Ха-ха-ха!

8 декабря

Воскресенье. С утра съездили к Наджибу, доложили по поставкам: 5200 бомб могут не поставить. Сегодня началась загрузка кишмиша. Первый ИЛ-76 увез 17,5 тонн.

10 декабря

Всадник назначил на 11.40 совещание по поводу того, что афганцы отказываются устраивать прощальный ужин, и поэтому планируется застолье своими силами в клубе. Выпив с утра две бутылки водки с Мячиным в министерстве и проигравшись в «Кинга», Всадник на совещание опоздал на 30 минут. Удивился, что мало народу. Генерал Аносов ему:
— Еще через пять минут вы никого здесь не увидели бы.
— Я думал, что здесь все люди военные. Есть приказ — выполняй!
— Мы-то военные.
— Товарищ генерал, выйдите вон!
Аносов пошел сразу к шефу и доложил, что Всадник в присутствии офицеров и прапорщиков обругал и выгнал его с совещания.
Шеф взгрел Всадника.

11 декабря

Шляповалов вчера в машине рассказывал, что ему отказали в Главном управлении кадров МО в звании и в должности. Шеф посоветовал ему ехать числа 15-го. Но у Всадника 19 декабря мероприятие в министерстве обороны по поводу нерушимой советско-афганской дружбы и нашего отъезда. Собирается лететь 20-го или 21-го.

12 декабря

Всадник мечется в поисках должности в СНГ. Спрашивает у шефа:
— Товарищ генерал, а если у Наджиба попросить орден для министра обороны Шапошникова?
— Анатолий Санч, ты что же, сам вручать его будешь?
Вчера отговорил, а сегодня он сунулся с этой просьбой к Ватанджару. Тот задал аналогичный вопрос. Всаднику пришлось забрать свою бумагу, после того, как Ватанджар пообещал обратиться с этой просьбой к Президенту.
Кстати, как это новообразование СНГ переводится на персидский? Союз — это иттихад. Советский Союз — иттихаде шурави (эти гады шурави). СНГ — тоже союз. Спасибо Наджибу, назвал Коммонвелтом (Commonwealth).

14 декабря

Всадник два дня подряд решал с генералом Аюбом — начальником секретариата министра — вопросы организации прощального банкета. Согласовывали списки приглашенных. Вычеркнули из списка «человека без поручений» и водителя ГВС. Планируется два банкета. Первый 18 декабря для разведчиков и полковников, второй — для ограниченного количества генералов с участием ГВС и министра обороны. Аюб не хотел включать генерал-лейтенанта Перфильева, так как тот остается. Когда же Всадник настоял, Аюба удивила фамилия:
— Пир филь? (Старый слон?)

15 декабря

В связи с некоторыми расходами по поводу прощального ужина (4 тысячи афгани на водку и 2 тысячи на еду) Всадник пытается сдать не всю сумму, а лишь на еду. Водки у него 15 бутылок, купленных еще по 150 афгани. Сейчас носится с идеей продать всю свою водку по 2000 афгани за бутылку.

16 декабря

Осталась одна баня по графику.
На торжественном банкете в посольстве по поводу отъезда шеф не предупредил посла, что дата вылета нам неизвестна, и открыл ему точную дату. А тот нам. Итак, 24-го и 27-го.

18 декабря

Ставка, на удивление, немного затянулась. Вечером в 18.00 прощальный банкет в министерстве обороны. Посол не приехал, так как его перехватил Пактин и увез в МВД. Присутствующим вручили медальки «От благодарного афганского народа». У меня уже вторая, хотя по статусу положена одна. Министр просто достал из ящика и вручил.
Замысел проведения банкета принадлежал Всаднику, однако произошли некоторые сбои, как то: афганцы водки не обещали, пришлось с каждого участника собрать по бутылке, да к тому же Всадника не избрали тамадой. Он очень обиделся, и весь вечер сидел хмурым. Банкет прошел спокойно, без оптимистических призывов и заверений в победе. Всаднику вечер не понравился: стол бедный, весело не было, и вручили не боевые награды.
27 декабря — знаменательная дата. Ровно 13 лет назад в 1979 году советские войска десантировались в Кабуле. День в день и уходим.

19 декабря

Утром на пробежке в 6.30 встретил Всадника.
— Анатолий Александрович, куда это вы в такую рань?
— Да вот, проснулся в 4.30, решил перебрать бумаги, а жена назвала меня лунатиком и выгнала.
— А сейчас-то куда?
— Да поеду в министерство обороны.
Вчера Володька Афонин застал Всадника с ворохом матрацев, которые тот тащил к машине. Мог бы Володьку попросить донести, но не стал. Все везет Хабибу — старшему переводчику министерства. Позавчера залил ему две бочки авиационного топлива.
Лично видел, как Всадник выносил масляный радиатор.
На проводах в оперативном управлении Всадник заверял генерала Хашема, что афганцы не использовали его даже на 30%. А ведь он здесь все знает. Выдвигал проекты на перспективу, а именно: развить газовый комплекс, перевести автомашины на заправку газом, а платить иностранным фирмам только мрамором, а никак не газом, золотом или валютой.
— У меня масса идей, вот сегодня проснусь в 3 утра, и буду думать.

20 декабря

С 10 до 13 была организована экскурсия для сотрудников аппарата ГВС и их жен. Уже к 11-ти всем хотелось есть. Фотографировались и снимались на видео. Лев Семенович Мячин балагурил в автобусе, утверждал, что женщин здесь хоронят глубже, чтобы и в загробной жизни мужчина был над женщиной. Ему, конечно, не верили. Спросил меня. Я сказал, что правоверный мусульманин в том мире не собирается продолжать жизнь со своей законной земной супругой, так как его там ждут вечно молодые гурии, особенность которых заключается в том, что после любовных утех у них восстанавливается девственная плева. На это Лева ответил: «У них уже все это происходит!».
Посол вышел к нам для коллективной съемки. Не зная, чем нас порадовать, сказал, что пришла шифровка: с сегодняшнего дня МИД СССР больше не существует. Лева добавил:
— Когда у соседа хата горит — это тоже приятно.
В 15.00 банкет у шефа на вилле. Перфильев после пятой рюмки убеждал, что прошибет головой дверь. Попытались отговорить, мол, женщины присутствуют. После чего «Старый слон» высказал сокровенное:
— Поскольку я совершенно болен и руки переломаны, меня не хотели пускать в Афганистан. Поставили условие — разбить каменную стенку. Они рассчитывали, что я руками не смогу, а я головой разломал.
Этот человек остается за главного.

21 декабря

С утра шеф дергал с поздравительными открытками для генерала Панкина — советника при МВД, а к вечеру — для Облова. Всадник в это время сидел в кабинете. Тоже загорелся желанием поздравить Облова. Драчев сказал, чтобы не выпендривался, так как открытку подписывают от аппарата ГВС. Всадник согласился для порядка, а в коридоре взял-таки у меня открытку.
Володька Афонин сказал, что Всадник накатал на 15 страницах «Завещание афганскому народу и будущему правительству страны» и припахал его переводить. Речь в «Завещании» идет об организации партизанской войны правительственными войсками, а также включает в себя экономический раздел. Разъясняет афганцам, как им торговать с Западом: построить нефтеперерабатывающий завод, автомашины перевести на газ, а расплачиваться только мрамором.
Шеф о «Завещании» не знает.

22 декабря

Узнав о «Завещании», шеф назвал Всадника «откровенным дураком».
В 15.30 Всадник организовал поездку в МО для получения подарков от министра. Собралось 6 человек, а машины — ни одной. В конце концов, машину нашли. Генерал Мячин сел за руль, мы с Всадником на переднем сиденье. Лева машину гнал. В повороты вписывался без снижения скорости. Всадника от такой езды лихорадило, но Лева отвечал:
— Спокойно! Кто за рулем? Скорость — всего 12 километров в час.
Подарки вручал генерал Аюб. Досталось всем по коврику, а Драчеву, Всаднику и Леве — еще по коробчонке. Аюб закатил речь. Всадник ответил еще цветистее.
Николай Степаныч Клуша — порученец ГВС или «человек без поручений» — сопровождал жен шефа и Всадника по дуканам. Всадница покупала мандарины. Сторговавшись, заказала пять килограммов, потом остановилась на трех. Получив пакет с мандаринами, Всадница захотела один попробовать, достала, и дала жене шефа. Та очистила половину и разделила по две дольке каждому, а неочищенную половину оставила дуканщику, так как никто не хотел ее есть. Степаныч добавил, что это, мол, тебе для других покупателей на контроль вкуса. Дуканщик, улыбнувшись, согласился. Когда уже отошли метров на пять от дукана, Всадница вспомнила, вернулась, забрала половину мандарина, очистила и съела.
Генерал Томашевский уточнял у Всадника, в каких же размерах обворовали квартиру Корытко.
— Вынесли шесть коробок и телевизор.
— А сказали, что всю квартиру голой оставили. Разве это обворовали? И стоило ли собирать по десять долларов на этот случай?

23 декабря

Всадник собирается в МО представлять аппарат Перфильева.
Шеф в бане намекнул, что афганцы собираются устроить нашим последним спецрейсам таможню. Сведения идут из трех источников. Вот так провожают настоящих боевых друзей!
С утра ожидали приезда Руцкого. До этого долго искали российский флаг, в конце концов, пошили. Прошла команда о построении всего состава контрактов в 14.00 для торжественного поднятия государственного флага. Прилетел только в 17.20.

24 декабря

Руцкой в обед улетел. Возглавлял делегацию в Пакистан для освобождения военнопленных. Ему дали одного, оказался туркменом, но не нашим, а афганским. Оставили пленного в Кабуле.
На последнем совещании аппарата ГВС шеф долго и принципиально объяснял, что нужно рассчитаться со всеми долгами. Расплатиться за телефонные переговоры, сдать телевизоры, магнитофоны и другую технику, взятую у афганцев. Выяснилось, правда, что пропал японский телевизор «Тошиба», выделенный министерством обороны генералу армии Драчеву. Синицын доложил шефу, а тот как обычно в подобных случаях:
— Ну, ты разберись там.
Этот телевизор Степаныч запаковал еще летом и благополучно отвез в Союз шефу на дачу. Пусть внуки смотрят.

25 декабря

Для нас самолета не было вчера, нет и сегодня. Сначала в Кокайтах (Узбекистан) не было погоды, а сегодня в Запорожье. Новые даты отъезда — 26 и 27. Два дня до отлета, а Драчев планирует посетить министерство сегодня и ставку завтра. Успеть бы фруктов домой купить.
Собираемся ехать к Делавару, вернувшемуся с севера. Пока ждали звонка от Мячина, шефа увели опохмеляться на виллу МВД. Когда же Мячин позвонил, шеф решил подождать с выездом. Видимо, дастархан накрыт знатный. Два дня назад отпрашивался у него съездить по дуканам, так он задал принципиальный вопрос:
— А на х…?
Это при том, что его жена со Степанычем с утра до вечера не вылезает из дуканов. Собирается еще картофеля на посадку здесь взять. Наверняка меня припашет, а у меня афганей-то уже нет.
К 10 утра шеф уже надрался на вилле МВД. Туда же подъехал и Делавар. Два раза пришлось туда бегать. Первый раз — чтобы перевести какую-то умную мысль, а второй раз — чтобы принести курительную трубку Делавару в подарок. Степаныч заверяет, что этих трубок он самолично завернул не один десяток. Раздаривает подарки, которые вручались ему ранее, чтобы сэкономить на наличности.

26 декабря

Все. Упакованы все коробки да два ящика консервов. На консервах еще год продержимся. Говорят, что в Москве совсем плохо с продуктами.
Вчера пока шеф квасил в МВД, успел съездить со Степанычем в город за фруктами. Степаныч по таким грязным местам повозил, куда и приличный афганец не пойдет. Зато сэкономили афганей пятьдесят (0,05 доллара).

27 декабря

Какая там афганская таможня?! Ил-76 загрузили под самый потолок. Особенно постарались комитетчики. У каждого ковров и бытовой техники на маленький магазин. Кто там сможет все проверить?
Все, прощай Афган!

P.S. Генерал-лейтенант Перфильев, возглавлявший группу военных специалистов из 12 человек, после встречи нового 1992 года неудачно столкнулся с асфальтированной дорожкой и два месяца не выходил из квартиры. Афганцы уже советских к себе не подпускали. Все общение с афганскими военными происходило только по поводу возврата министерству обороны бытовой техники и оплаты телефонных счетов. Все плавно шло к своему концу. 20 апреля 1992 года последние военные специалисты покинули Афганистан. 21 апреля попытался улететь Президент Наджибулла, но свои же и не позволили. А на следующий день в Кабул вошли моджахеды.

Киргизия готова стать местом для переговоров противоборствующих сил Афганистана

БИШКЕК, 26 ноя — РИА Новости. Официальный Бишкек предложил провести на территории Киргизии переговоры между противоборствующими сторонами Афганистана, сообщает в четверг пресс-служба главы киргизского государства.
По данным пресс-службы президента Киргизии, накануне участники международной конференции «Современные проблемы борьбы с терроризмом и иными насильственными проявлениями экстремизма», прошедшей в Бишкеке, подписали совместное заявление, в котором выразили свою глубокую озабоченность «угрозами терроризма и проявлениями экстремизма, существующие на пространстве СНГ и угрожающие миру, стабильности и развитию этих стран».
«Террористические угрозы на пространстве СНГ тесно связаны со сложной военно-политической обстановкой в Афганистане, затяжным противостоянием конфликтующих сторон, ведущих непримиримые военные действия, что представляет серьезный вызов для региональной и международной безопасности», — отметили участники конференции в итоговом документе.
По мнению экспертов, особую тревогу вызывают «возрастающие связи вооруженных террористических формирований с незаконным оборотом наркотиков».
«Возрастающая интенсивность террористических атак, глобальный масштаб их осуществления свидетельствуют о том, что принимаемые в антитеррористической сфере меры пока не достаточно эффективны», — считают они.
Участники конференции заявили о необходимости продолжения повышения «уровня взаимодействия компетентных органов стран Содружества с международными и региональными организациями, такими как ООН, ОБСЕ, ШОС и ОДКБ». И призвали все государства СНГ «активизировать процесс гармонизации» межгосударственной правовой базы для предупреждения и предотвращения угроз терроризма и насильственных форм экстремизма.
Для этого международные эксперты считают целесообразным выработать общую стратегию противоборства с терроризмом и создать межконфессиональную ассамблею СНГ.
В качестве своего вклада в борьбу с терроризмом киргизская сторона в ходе конференции выступила с презентацией «Бишкекской инициативы», предложенной президентом республики Курманбеком Бакиевым, по созданию постоянно действующей диалоговой площадки по проблеме Афганистана.
Создание такого международного аналитического центра «будет способствовать оперативному реагированию, объективной оценке различных факторов и выработке эффективных рекомендаций».
Дополнительно к этому, Бишкек готов стать местом проведения переговоров между противоборствующими сторонами Афганистана, поскольку без достижения согласия и консенсуса в афганском обществе, обеспечения внутригосударственной стабильности, эффективно противостоять террористическим угрозам в регионе невозможно.
В международной конференции «Современные проблемы борьбы с терроризмом и иными насильственными проявлениями экстремизма», которая 24-25 ноября прошла в государственной резиденции руководства Киргизии, приняли участие эксперты ОДКБ, ШОС, СНГ, ОБСЕ и других международных организаций.
Они обсудили текущие проблемы в области противодействия террористическим угрозам и проявлениям экстремизма на пространстве СНГ, а также повышение координации усилий между региональными и международными организациями и государствами-участниками СНГ.

Сергей Татко: Ну, здравствуй, Кабул!

Уважаемые читатели, мы продолжаем публикацию воспоминаний НАШИХ. Сегодня публикуется очередная глава от Сергея Татко, который впервые отправился в Афганистан в 1980 году. Предыдущие главы см. в разделе «Вспомним былое».

Глава 5

Ну, здравствуй, Кабул!
Всего несколько часов лёта и холодная декабрьская стужа оборачивается почти летней жарой.
Кабул расположен на высоте 1800 метров над уровнем моря как бы в огромной чаше (это особенность всех крупных городов, расположенных в горах), края которой в это время года покрыты ослепительно белым снегом, сверкающим на солнце. Воздух насыщен неуловимыми ароматами Востока, а над головой бездонное нежно голубое небо.

На улицах смуглые лица с белозубыми улыбками и сверкающими тёмными глазами. Забавные ослики, несущие на своих спинах перемётные сумы, доверху заполненные «сантарой» (изумительно вкусные афганские мандарины), послушно идут за своими маленькими продавцами-погонщиками. Всё ново и необычно и от этого учащённо бьётся сердце и радостно на душе.
На следующий день с нами был проведён инструктаж о правилах поведения советских граждан за рубежом, об обстановке в стране и о том что надо делать в экстренных случаях. Это были всё общие слова, как говорят иностранцы «бла-бла-бла», пока слово не взял главный врач аппарата ГВС. Он без суеты и со знанием дела рассказал нам, что надо делать при ранениях. Мне особенно запомнилось следующее. «Если вас ранили в живот и кишки вышли наружу», — говорил он, то «спокойно уберите с них видимый мусор и не пытайтесь вправить их обратно. Лежите и ждите, когда вам врач окажет помощь. Но помните, что если в течение нескольких часов вам помощь не оказали, то она вам уже не понадобиться». После этого нам раздали индивидуальные пакеты и отпустили.
Напротив входа в «четвёрку» (корпус дома, в последнем подъезде которого располагались отдел кадров и строевой отдела аппарата ГВС) под сенью раскидистых ветвей дерева была небольшая и уютная кебаб-хана, где продавалась теперь «родная» кишмишовка (самогон из винограда) в целлофановых пакетах и шашлык. Пришлось зайти.
Нас с Виталиком направили служить в Хост. Его в 25 пехотную дивизию, а меня в 666 полк «Коммандос». Наши мечты сбывались. Мы попали служить в одно из самых трудных мест, о котором ходили легенды. И нас там уже ждали наши друзья, два Олега, Олег Чуренов и Олег Казанцев. Со старшего курса в Хосте уже год служили Миша Кривошеев, Алексей Коробов и Гога (к сожалению, забыл фамилию, извини).
Мы летели в одном вертолёте с генералом Шкидченко (погиб через некоторое врем, кажется, в районе Гардеза был сбит вертолёт, в котором он летел) до Гардеза, где находился штаб третьего армейского корпуса и служил Витя Лосев. Во время одной из операций, при обстреле колонны, он был брошен своими советниками на поле боя. После чего попал в плен и был зверски убит душманами в районе афгано-пакистанской границы. Его можно было спасти, выкупив его у душманов. За него просили выкуп, но «многозвёздные генералы» в аппарате ГВС решили, что за младшего лейтенанта просят слишком много. К сожалению, цена человеческой жизни в России всегда была равна нулю.
На пути в Хост наш вертолет совершил посадку в Гардезе, где генерал должен был провести совещание с советниками.
Гардез находится на высоте 2300 метров над уровнем моря на возвышенности и продувается всеми ветрами. Ландшафт почти лунный, горная полупустыня. Что-то похожее я видел в Азербайджане в пустыне Герань.
Здесь нам первый раз пришлось блеснуть своими переводческими талантами. Мы стояли, небрежно облокотившись на крыло УАЗика и курили «крутые» сигареты типа «Кент». Нас ещё не успели переодеть в военные дириши и мы были одеты в джинсы (несбыточная мечта любого советского гражданина), которые успели купить в Кабуле на деньги, полученные в качестве аванса. Из дверей штаба вышел советник с афганским офицером, увидел нас и спрашивает: «Ребята, вы переводчики?» Мы даже немного обиделись, так как считали что по нашему виду и так ясно кто мы. «Да», — отвечаем мы. «Помогите, пожалуйста, а то я не могу понять, что он хочет», — говорит советник, указывая на офицера. Афганский офицер повернулся к нам и что-то быстро сказал. Мы, естественно, ничего не поняли и попросили его повторить ещё раз. И так повторялось раза три, пока советник не улыбнулся и сказал: «Я уже и сам всё понял, спасибо. Он хочет съездить на базар за картошкой и мясом».
Мы были смущены, но нас спас генерал Шкидченко, который стремительно вышел из штаба, где он проводил оперативное совещание и направился к ожидавшему нас вертолёту. Мы летели дальше, туда, где должны были присоединиться к своим частям, ведущим боевые действия против мятежников, тогда ещё они назывались мятежниками.

А.Мельник. Об Афганистане, Послании президента Федеральному собранию на 2010г, наших надеждах и… нулевом результате

Писать об этом не хочется. Душа опустела. Но есть Совесть. Есть Долг. Перед нашими погибшими товарищами. Перед Родиной. Есть Мораль. Есть внутренний голос. Не могу молчать!

В Послании президента Афганистан был упомянут всего лишь один раз. Да, президент России, излагая свой план действий на предстоящий год, в силу объёмности, всеохватывающей целостности документа не мог, — и это вполне логично, понятно и закономерно, — уделить особое внимание именно Афганистану. Собственно Афганистан для России – величина, простите, не очень-то и значимая.
Но! Значение Афганистана для России в том, что оттуда исходит одна из главных угроз национальной безопасности страны – наркоугроза. Слово «наркоугроза» в послании не прозвучало ни разу!!! Если я ошибаюсь, пусть меня товарищи по не партии поправят!
Каждое Слово Президента России должно ОООЧЕНЬ МНОГОЕ в себе содержать. Оно должно быть также ОБЪЁМНО, как ОБЪЁМНЫ просторы нашей страны. Над каждым словом Президента должны трудиться лучшие умы России, лучшие стратеги, лучшие аналитики, лучшие ПРАКТИКИ.
К сожалению, этого не произошло. Афганистан был упомянут в рамках ООН, в её дОлжно возрастающей роли и т.д. В обычном советском стиле. Т.е. – пшик. То есть – НИЧЕГО конкретного.
А ведь при СКЛАДЫВАЮЩЕЙСЯ НА СЕГОДНЯШНИЙ ДЕНЬ СИТУАЦИИ существует БОЛЬШАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ того, что Россию вновь втянут в боевые действия в Афганистане. Не мытьём, так катаньем. Не пропуском гражданских грузов НАТО, так – военных. Дальше – больше.
На эту вероятность лучшие умы России во главе с президентом скромно…ответили умничанием. Готовы ли нынешние власти отправлять своих сыновей и дочерей на курорт в Афганистан?
На этот вопрос ни власти, ни их дети не готовы ответить. На это ответит время. А оно – очень суровый ответчик. Кааааак ответит, — мало не покажется.

АРКАДИЙ ЛЕОНИДОВИЧ МЕЛЬНИК
З-85у

КОВРОВ-РОДИНА АК-47

Создание АК-47 английские историки относят к открытиям, которые изменили мир. Это лучшее огнестрельное оружие ХХ века. Только портрет Калашникова и чертеж автомата АК-47 до револьвера Кольта размещены в книге Дэвида Уэста и Стива Паркера. Изобретатель-конструктор менее двух лет работал в Коврове, но каких лет! «Ковров вывел меня в люди! Я обнимаю всех!» — сказал мне по телефону самый знаменитый оружейный конструктор 2 ноября.

Американский еженедельник «Ньюсуик» писал об АК-47: «Этот карабин настолько хорош, что американские солдаты, которым посчастливилось захватить АК-47 в бою, продолжают пользоваться им, рассчитывая на трофейные боеприпасы» (из книги Д.Н. Болотина).

60 лет назад в 1949 году принят на вооружение Советской Армии. О его создании в книге «История создания советского стрелкового оружия и патронов» рассказал лауреат премии имени С.И. Мосина, профессор, доктор исторических наук Давид Наумович Болотин. По его данным, на 1995 год было выпущено 70 млн. АК разных модификаций, тогда как американских М-16 Ю.Стоунерга-9 млн.

Сегодня Михаилу Тимофеевичу Калашникову – главному конструктору стрелкового оружия, доктору технических наук, дважды Герою Социалистического труда, генерал-лейтенанту Российской армии исполняется 90 лет. Из тех, кто помогал ему создавать АК-47,он помнит А.А. Зайцева и В.И. Соловьева, а еще — В.А. Дегтярёва. Помнит, что работал на 2-м этаже, в комнате заказчика. А на вопрос – где жил, в каком доме?- я получил ответ: «В заводском трехэтажном общежитии, недалеко от завода». Скорее всего, это дом№4 на ул. Лепсе, где 4-й этаж надстроили пленные немцы. Сообщил ему о детях Зайцева и Соловьева, да и о тех, кто его помнит, с кем он творил АК-47.

В день юбилея следует прикоснуться к золотым страницам нашей истории. Вот письмо из ГАУ, из Москвы с адресом: «Ковров Ивановской области, почтовый ящик№47»(октябрь 1946г.) директору Фомину и старшему военпреду Евстратову. Сообщается о результатах конкурса на разработку проекта автомата под 7,62 мм патрон образца 1943 года. И далее: «Совместным решением Министерства вооружения и УСВ ГАУ на Ваш завод командируется изобретатель-конструктор Калашников, проект которого удостоен денежной премии 7 тыс. рублей. По этому проекту Конструкторскому бюро завода №2 необходимо изготовить опытные образцы автомата в соответствии с Постановлением Совета Министров от 10 июля 1946 года и договором с УСВ ГАУ с таким расчетом, чтобы опытные образцы автоматов были поданы для сравнительных испытаний на НИПСМВО (полигон. — Прим.автора) в декабре 1946 года. Для выполнения этой работы в столь короткий срок прошу Вашего указания об оказании всемерной помощи конструктору Калашникову прикомандированием к нему опытных чертежников-конструкторов и технолога для разработки рабочих чертежей. Ввиду особой актуальности отработки конструкции автомата, прошу принять все необходимые меры к форсированию работ… Начальник управления инженерно-артиллерийской службы генерал-майор Дубовицкий».

В создании АК неоценима роль А.А. Зайцева. Его дочь Елена Александровна рассказала мне, что была даже задумка дать автомату имя «АКЗ-47»- отец ей говорил. Но наших земляков недооценили. Почему бы не исправить ошибку — Родина не должна забывать своих героев!

Представляю вниманию читателей последнее письмо А.А. Зайцева, адресованное Д.Н. Болотину, — трудночитаемое и с неизбежными поправками:

«22.06.91. Уважаемый Давид Наумович!

Все мои размышления привели к тому, что именно сегодня взялся написать…Знакомство наше с М.Т. Калашниковым состоялось в кабинете главного конструктора завода имени Киркижа, где мне предложили помочь Мих.Тим. в разработке техдокументации на 7.62 мм автомат по утвержденному техпроекту. Для работы нам выделил отдельную комнату старший военпред завода Евстратов А.Д., так как у главного конструктора такого места не нашлось. Это был сентябрь 1946 года. Я только демобилизовался из армии и начал работать в ОГК с апреля 1946 года. Ознакомившись с 7.62 мм самозарядным образцом карабина под промежуточный патрон образца 1943 года и общим видом предполагаемого автомата, Мих.Тим. передо мной поставил задачу о проработке технического проекта и разработке полного комплекта технической документации на 7.62 мм автомат для изготовления опытного образца… Времени на испытание на полигоне было явно недостаточно.

После некоторых размышлений приняли решение работать круглосуточно, а так как я был ничем не связан с семейной стороны, то сделать это было легче всего, директор завода пристроил меня и Мих. Тим. на 2-разовое питание в столовую. Через месяц напряженного труда вся техдокументация была передана в опытный цех для изготовления сразу 3 опытных образцов. Отдельные сложные детали (ствол, коробка, затвор и затворная рама) были сделаны пораньше. В течение следующего месяца были изготовлены все детали.

В ноябре началась сборка 1-го опытного образца и были проведены первые испытания. Наш слесарь-наладчик Борис Павлович Маринычев все время поговаривал, что нам сопутствует везение. Опытные образцы в 1946 г. Были названы АК-1 и АК-2 (со вставным прикладом). Они наверняка хранятся в музее на полигоне. Сборка и отладка следующих 2 образцов и подготовка техдокументации для отправки на полигон тоже требовали много времени, мне приходилось готовить документацию, а Мих. Тим. со слесарем – испытателем проводил испытания. В конце 1946 года – все трудности позади, все отправлено, я перехожу на другую работу, но из головы не уходит усовершенствование образца. Стал намечать некоторые доработки.

После испытаний на полигоне автомат АК-1 занял первое место и вышел во второй тур испытаний. Конкурентами были Дементьев-Ковров и Булкин-Тула. У них было больше поломок деталей в процессе испытаний на живучесть и задержек в ухудшенных условиях. При обсуждении результатов испытаний и образцов потенциальных противников Мих. Тим. колебался в проведении конструктивной доработки из-за недостатка времени. Но мне удалось его склонить к коренной переработке образца конструктивно (с целью улучшения эксплуатационных качеств), а также улучшению общего вида.

При доработке придавалось особое значение надежности работы автоматики и технологичности. В общем, мы согласились на коренную переработку автомата и назвали его АК-47. В связи с тем, что работы много, а сроки поджимали, мы попросили у главного конструктора еще одного тов. Это был инженер В.П.Пискунов. Он работал со мной 3 недели, разработал чертежи детали ствольной группы, и я от него отказался, так как он мог работать только одну смену, и то медленно. Я работал круглосуточно, из завода уходил домой только в баню, да иногда в кино.

Да! Это было хорошее время. Почему-то работалось вдохновенно, с душой. Все помогали, начиная от высокого начальства и кончая простым рабочим. Когда закончил все доработки, подготовил техдокументацию для запуска производства опытного образца для испытаний на заводе, сразу же облегченно вздохнул. Мы это дело отметили небольшим банкетом. Дольше все шло аналогично АК-1. После окончания испытаний на полигоне и утверждения на серию в 1948 году нам помогал уже в Ижевске В.И.Соловьев. («Они работали в связке с самого начала: Соловьев-Зайцев»,- говорил мне В. И. Данилов.-Прим. автора). Он делал аналитические расчеты, чем очень помог при изготовлении опытной серии в Ижевске. Вот все, что я мог написать спустя 45 лет…

На этом заканчиваю, с искренним уважением – А. Зайцев.

В КБ «Арматура» сохранились документы 1946-1947 годов о работе над автоматом конструкции Калашникова. В списке проектно-конструкторского бюро (ПКБ, ныне-КБ «Арматура») числятся И.С. Лещинский, М.М. Горюнов, А.П.Большаков, Л.М. Борисова,В.Е. Воронков, А.А. Зайцев, И.И. Слостин, П.П. Поляков, М.М.Соловьев, В.В. Калинин… Опытные с солидным багажом. Почему выбор пал на Зайцева, окончившего техникум МПС Коврова? Самородок? Или земляк Бахирева? В списке технологической группы- всего двое, Н.С. Горчаков и В.И. Данилов.

-Возникла проблема со штамповкой ствольной крышки и магазина: трещала сталь, — рассказал мне Виктор Иванович Данилов неделю назад. — Выручили ребята из Горького, с авиазавода. Посоветовали взять шведскую сталь с крыши «Победы», с автозавода — они ее на штамповке для авиапушек применили. Николая Степановича Горчакова срочно послали в командировку- проблему решили, металл он привез. Я занимался штамповой оснасткой, а Горчаков вел всю мехобработку. Здорово помогли в отладке автомата слесари- «золотые руки» Б. Маринычев и В. Пирогов.

Василий Иванович Соловьев был уже зрелым конструктором –оружейником. Вырос в большой семье в п. Иванищи, окончил Владимирский техникум, защитил диплом на «отлично». 12 лет работал начальником опытного производства там, где создавали автомат.

И автор этих строк — один из тех, кому посчастливилось работать и общаться с такими замечательными людьми.

А.Волгин

замначальника опытного производства

(и его начальник с 1975 по1992 год)

КБ «Арматура»

Газета «Знамя труда» от 10 ноября 2009 г.

Решение по Афганистану придет из России

Юрий Крупнов, председатель Движения развития : Решение по Афганистану придет из России

08.11.2009 | 12:34
Неделю назад произошло крупнейшее событие мировой политики, которое у нас, к сожалению, не заметили.

Речь идет о заявлении главы МИД России 27 октября по пути из индийского города Бангалор, где прошла министерская встреча трех стран РИК (Россия-Индия-Китай).

В заявлении С.В. Лаврова нельзя не заметить первое появление самостоятельной позиции России по Афганистану.

Это означает реализацию на официальном уровне основных положений нашего доклада «Путь к миру и согласию в Афганистане определяется позицией, которую займет Россия» (http://www.kroupnov.ru/news/2009/01/03/10603).

Во-первых, Лавров сказал, что бесконечное присутствие американских войск в Афганистане не пойдет на пользу ни Афганистану, ни всему региону в целом, что постоянное присутствие США в регионе не в интересах самих США. Тем самым впервые дипломатично ставится вопрос о сроках пребывания США и НАТО в Афганистане.

Во-вторых, он фактически высказал готовность России брать на себя лидерскую позицию по разрешению ситуацию в Афганистане: «Три страны [РИК] могут и готовы вместе с другими странами вырабатывать коллективную стратегию». То есть нужна иная по происхождению и задачам стратегия, направленная на действительную стабилизацию в Афганистане и всей Центральной Евразии.

В-третьих, Сергей Викторович выделил особую позицию соседних с Афганистаном стран, включив фундаментальный принцип приоритета соседей в решение проблем: «Рассчитываю, что администрация Обамы будет использовать возможности соседних стран по Афганистану и других игроков в регионе». В том числе, Лавров четко назвал Иран как обязательную для участия в региональном формате страну, сделав заявку на добавление к РИК ещё одной буквы «И» («Иран» — http://www.echo.msk.ru/blog/kroupnov/623946-echo).

Перед нами прорезывание второго – ШОСовско-регионального — фокуса решения афганской проблемы, альтернативного США и НАТО. Здесь, кстати, появляется уникальный шанс для ОДКБ, увязывая свои инициативы с региональным соседским форматом, наконец-то выступить реальным игроком в центральной Евразии. Для этого необходимо первым делом начать собирать соседские страны по поводу Афганистана.

Не случайно, наши заокеанские и заморские стратегические партнёры дружно напряглись от заявлений Лаврова. Например, господин Коэн вдруг бросился нас опять интенсивно стращать талибами и намекать на ненужность всяких там самобытных стратегий (http://community.livejournal.com/golos_ameriki/162437.html#cutid1). Правильные слова, очевидно, в ходе своего первого визита в Китай 15 ноября скажет китайскому руководству и сам Барак Обама.

Таким образом, сформированная нами в январском докладе система идей для позиционирования российской власти сработала, вызвав существенный сдвиг, шифт (shift), официальной российской позиции.

Своего рода индикатором такого сдвига служит метаморфоза, произошедшая с постпредом в НАТО Дмитрием Олеговичем Рогозиным, который ещё полгода назад не уставал пугать нас талибами, которых якобы только доблестные США с НАТО сдерживают от того, чтобы выдвинуться к южным рубежам России (http://www.echo.msk.ru/blog/kroupnov/618379-echo). А теперь он, напрочь забыв о собственных заявлениях, берущих начало в заявлениях генерала Лебедя образца аж ещё 1996 года, уже на полном серьёзе говорит про талибов, что «никакая это не регулярная армия, которая может быть переброшена в другую страну. Я не знаю, кто эти байки здесь рассказывает. Я слышал такие байки. Это вещь не умная или просто элемент шизофрении» (http://echo.msk.ru/programs/razvorot/630579-echo).

Подобные курьезы лучше всего обозначают наметившийся тектонический сдвиг. По аналогии с известным разворотом над Атлантикой Е.М. Примакова в 1999 году заявление Лаврова можно было бы назвать бангалорской предвзлетной сенсацией.

Заявление С.В. Лаврова делает очевидным, что решение по Афганистану в следующем году придет именно из России.