Воду надо чаще менять.

Служба в Монголии. Живем огромным мужским коллективом. Из-за отсутствия жилья семьи наши остались в Союзе. Солдаты и сержанты срочной службы живут в палатках, сверхсрочники и офицеры в общежитиях. Офицерские общежития — это одноэтажные деревянные здания барачного типа. Наша часть только-только обживается. Строятся казарма, клуб, магазин, офицерское кафе, солдатская столовая, санчасть, гауптвахта и т.д. Газеты приходят через неделю после выпуска, телевидения нет и в помине, зато радиоприемник имеется почти у каждого — это самое надежное средство информации. Офицерский досуг заполняют шахматы и преферанс.
День выдачи денежного довольствия — 14 число каждого месяца — называется днем Красного командира. Вечер этого дня — вечер свободы и вольницы. После возвращения со службы весь офицерский состав (за исключением караула и нарядов) отводит душу, гуляет, сбывает в гарнизонной лавке честно заработанные тугрики. В лавке той, кроме консервов и спиртного — больше ничего нет. Правда, спиртного по тем временам — выбор богатый: и армянский коньяк, и рижский бальзам, и русская водка, и «Советское шампанское». Есть еще и «Архи» — монгольская водка. Но советский офицер до нее не опускается. Остальное раскупается в мгновение ока. В темпе марша — в общежитие. После бутылки-второй — открывается момент истины, начинается период всеобщего братания, обмен визитами. Все становятся родными и близкими. Душа блаженствует, сердце поет. Мир нашему дому, да здравствует братство! Вспоминаются дом, Родина, чувство патриотизма переполняет нас. Как никогда, мы близки к подвигу. Некоторые уже созрели для этого, другие на подходе. На этой почве завязываются дискуссии, неотвратимо перерастающие в мелкие региональные конфликты. Постепенно «последний день Помпеи» переходит в «Варфоломеевскую ночь». К утру все затихает.
А утро подползает незаметно. Тому, кто ложился — надо вставать, тому, кто не успел лечь в постель, проще, вставать не надо. Но и тем и другим надо идти на службу. Кто придумал это испытание?!
На построении полка, впрочем, выясняется, что с десяток доблестных защитников Отечества отсутствуют без уважительных причин. Командир полка дает распоряжение своему боевому заместителю:
— Разобраться и навести порядок!
И вот уже заместитель командира полка по боевой подготовке подполковник Сынгаевский вместе с помощниками (а это чаще всего — пропагандист и секретарь комитета комсомола полка) выдвигаются в район офицерских общежитий. Беспроводной телефон работает безупречно: не успела группа проверяющих выйти за пределы КПП полка, как в общежитии об этом уже знают. Все, кто мирно дрыхнул в постели, подняты и дружно окольными путями умчались в полк.
В этот день службу дежурного по общежитию правит ваш покорный слуга — лейтенант Наливайко. Почетная миссия предупреждения проспавших выпадает мне, с чем я с честью справляюсь. Но это далеко не все. Нужно еще из каждой комнаты убрать оставшиеся запасы спиртного, иначе они попадут в руки проверяющих, будут служить вещественным доказательством вины жильцов комнаты. Я быстро обегаю жилища офицеров и как могу — устраняю обнаруженные недостатки. Перед самым прибытием проверяющих в общежитие появляется командир артиллерийского дивизиона капитан Вовк. Он старший общежития. Я живу с ним в одной комнате. Он спрашивает:
— У нас там осталась пара бутылок водки. Ты их убрал?
И тут я вспоминаю, что забыл об этом. Обозвав меня не очень лестными словами, капитан Вовк вбежал в комнату, схватил бутылки и начал соображать — куда их спрятать. За окном замаячили силуэты проверяющих. До общежития им осталось преодолеть сотню метров.
На столе в комнате стоял пустой графин для воды. Решение пришло молниеносно: открыв бутылки, капитан Вовк вылил содержимое в графин, закрыл его пробкой, а пустые бутылки выбросил в окно.
После этой операции мы вместе пошли встречать проверяющих. Я, как дежурный, доложил проверяющим, капитан Вовк представился как старший по общежитию. Началась проверка. Как и следовало ожидать — никого из офицеров в общежитии не оказалось. Я доложил, что все убыли на службу. Подполковник Сынгаевский, не снимая темных очков (а это верный признак того, что он сам был с большого бодуна), решил проверить порядок в комнатах. Замечаний по, внутреннему порядку было много, но спиртного на виду нигде не оказалось, что заметно расстроило подполковника.
В поисках спиртного и других недостатков мы добрались до нашей комнаты. Здесь придраться было не к чему: чистота, порядок — все-таки здесь жил старший по общежитию.
— Товарищ капитан, — обратился к старшему по общежитию подполковник Сынгаевский, — такой порядок должен быть во всем общежитии.
— Есть, будет выполнено, — четко ответил Вовк.
Подполковник направился к выходу. Проходя мимо стола, он вдруг остановился, посмотрел на графин, взял рядом стоявший пустой стакан, снял с графина пробку и начал наливать в него содержимое графина.
Подполковника мучила жажда, поэтому, наполнив стакан почти полностью, он с жадностью осушил его. Мы с капитаном застыли от неожиданности: все, финиш, по выговору обеспечено!
Выпив до дна, Александр Васильевич отвел руку в сторону, посмотрел на свет пустой стакан, удивленно хмыкнул, молча поставил стакан на место и, не говоря ни слова, направился к выходу.
Мы с капитаном обалдело смотрели ему вслед. На пороге он обернулся, пристально на нас посмотрел и четко произнес:
— А воду надо чаще менять, товарищи офицеры, — развернулся и вышел.
От неожиданности мы в спины проверяющим гаркнули:
— Есть!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.