Операция «Фокус». 25 лет агрессии НАТО в Югославии.

28 апреля 2024 года исполняется четверть века уникальной, но, к сожалению, сейчас уже почти забытой в практическом плане международной гуманитарной операции «Фокус». В марте 1999 года она стала эксклюзивным механизмом, объединившим потенциал четырех солидарных государств — Австрии, Греции, России и Швейцарии, и местом ее проведения была Союзная Республика Югославия (СРЮ).

Сейчас о ней целесообразно говорить, как представляется авторам этой статьи, не столько в цифрах и объемах доставленной гуманитарной помощи, сколько в историко-политическом аспекте — как примере коллективных усилий по купированию военной агрессии. В статье мы будем использовать определение «инициатива», как было предложено швейцарской стороной изначально, поскольку этот термин точнее отражает ее суть.

Уникальность данной инициативы состояла в новизне подходов к международной гуманитарной деятельности в сложившейся в тот период обстановке на Балканах, на Востоке Европы, а также представляла собой скрытую форму протеста объединившихся государств к политике США в этом важном геополитическом регионе.

Само название «Фокус» объясняло суть инициативы — сосредоточить коллективные усилия на предоставлении помощи нуждающимся по ее основным составляющим:

— там, где она была наиболее востребована;

— тем, кто в ней нуждался в первую очередь;

— и в предельно короткие сроки.

Для обеспечения условий таких поставок было принято решение использовать только собственные силы, выделяемые Россией, а также средства Швейцарии. Концептуально вектор деятельности «Фокуса» был сформулирован на этой основе в пяти совместно принятых целевых инициативах:

— оказание гуманитарного содействия всем пострадавшим от конфликта в СРЮ;

— полномасштабное возобновление необходимой гуманитарной деятельности всеми ее участниками;

— обеспечение исключительно гуманитарным присутствием «Фокуса» необходимой защиты гражданскому населению в зоне конфликта;

— обеспечение гуманитарной составляющей условий для перехода от военного к мирному разрешению конфликта;

— осуществление итоговых мероприятий для оценки последствий конфликта для окружающей среды (степень зараженности территорий) и для здоровья населения, включая всех прямых и косвенных жертв агрессии (прежде всего как результат применения НАТО боеприпасов с обедненным ураном).

С исторической точки зрения решению НАТО применить военную силу в этом регионе способствовало установление однополярного мира в начале 1990-х годов в результате давно запланированного Вашингтоном развала СССР, когда не стало сдерживающих факторов для реализации давней идеи США стать единственным хозяином нового мира.

США для установления полного господства на Балканах не хватало прежде всего Косова, где планировалось создание военной базы для ее использования в качестве транзитной точки в Азию. Эта задача была реализована силой оружия, в результате чего Белый дом сравнительно быстро создал в Косове вторую по величине военную базу в Европе. Надо отметить, что планы установления контроля США над Югославией уходят корнями еще в 80-е годы прошлого столетия. Идея «возвращения стран Восточной Европы в орбиту мирового рынка» была сформулирована в совершенно секретной директиве СНБ №133 «Политика США в отношении Югославии», разработанной администрацией Рональда Рейгана в начале 1984 года. Уже тогда методами «тихой революции» стратеги в ЦРУ и Белом доме планировали свержение коммунистического правительства в Югославии и установление в этом регионе американского протектората — об этом в своей работе «Да не будет забыто! Агрессия НАТО против Югославии: причины и последствия» пишет Елена Пономарева, доктор политических наук, профессор МГИМО МИД России.

Развертывание гуманитарных сил «Фокуса» состоялось после начавшихся 24 марта 1999 года массированных бомбардировок натовской авиацией территории СРЮ. Военные действия продлились три с половиной месяца и закончились 10 июня этого же года — в тот же день Совет Безопасности ООН принял резолюцию №1244, которая предусматривала, в частности, предотвращение возобновления боевых действий, поддержание и обеспечение соблюдения прекращения огня.

Можно с большой долей уверенности предположить, что в МИД Швейцарии знали о дате начала бомбардировок Сербии, так как всего за два дня до их начала — 22 марта — посольство Швейцарии в Москве настойчиво стало добиваться экстренной встречи министра Сергея Шойгу с Вальтером Фустом, руководителем ШАРС (Агентства по развитию и сотрудничеству дипломатического ведомства Швейцарии). Встреча состоялась именно 24 и 25 марта в стенах МЧС России, когда уже был налицо предмет обсуждения для обеих сторон.

Сейчас можно уже говорить о том, что успех «Фокуса» в значительной мере определялся неординарностью личностей Вальтера Фуста и Сергея Шойгу и завязавшихся между ними дружеских отношений, о чем В.Фуст рассказал в интервью газете «Le Temps» позднее, в 2002 году. Сложившиеся доверительные отношения между двумя руководителями позже способствовали двухстороннему сотрудничеству уже и в Монголии в 2001 году, куда силами автомобильных отрядов российского чрезвычайного ведомства в течение полугода доставлялся из Алтайского края фураж для скота, нехватка которого от предшествующей засухи грозила серьезными продовольственными проблемами для населения наших юго-восточных соседей в Азии.

Но вернемся к историческим событиям 25-летней давности.

К нашему великому сожалению, в марте 1999 года у России не было ни достаточной политической воли, ни военной мощи, способных противостоять этой агрессии. Единственное, чем мы могли помочь братскому народу и близким по духу сербам, — это искренним сочувствием и посильным содействием в виде гуманитарной помощи. Тогда же выяснилось, что подобное отношение к югославскому народу и их трагедии испытывали и их ближайшие соседи из числа уже упомянутых стран.

На необходимость коалиционного подхода при оказании помощи СРЮ также откликнулись сначала Греция, а позже Австрия, что значительно прибавило политического веса инициативе и ее статусности. Эти условия были крайне необходимы для увеличения потенциала при реализации как объявленных, так и необъявленных задач «Фокуса». Роль каждой из государств-участниц была неоценима и значима, но для исторической достоверности отметим, что основная нагрузка ложилась на плечи России и Швейцарии, как и то, что главными разработчиками сценариев инициативы выступали ШАРС и МЧС России со своим оперативным инструментом — Российским национальным корпусом чрезвычайного гуманитарного реагирования (РНКЧГР).

Чтобы правильно понять необходимость и своевременность создания такого механизма, надо напомнить о сложившейся в то время ситуации в регионе и возможностях существовавших инструментов у всех субъектов международной гуманитарной деятельности (МГД).

С началом натовских бомбовых ударов практически все гуманитарные структуры, ооновские и международные, свою активность на территории СРЮ, включая Косово, приостановили. К этому шагу их принудили внутренние правила безопасности и в какой-то мере политическая заангажированность. В тот момент дороги из Косова в Сербию были забиты беженцами, большую часть которых составляли сербы, вывозящие из затронутых конфликтом населенных пунктов свои семьи и остатки имущества на тихоходных тракторах и вьючных повозках. Сил и средств у Белграда помочь десяткам тысяч этих несчастных не хватало. Создалась реальная угроза возникновения масштабной гуманитарной катастрофы, когда от нехватки воды и пищи, средств гигиены и медикаментов могли начаться массовые болезни и гибель населения. В сложившихся неблагоприятных условиях «Фокус» стал единственным действенным механизмом, вставшим на пути предотвращения гуманитарной катастрофы на Балканах.

Позже в отчетном докладе Группы планирования и координации в первом пункте извлеченных уроков этой инициативы будет написано: «Худшее, что может быть в кризисной ситуации, — это бездействие. У пострадавших есть право на защиту и помощь от международного сообщества, но вместе с тем правительства обязаны оказывать защиту всем — и мужчинам, и женщинам, и детям, пострадавшим от военных действий, для чего должны быть использованы все гуманитарные инструменты, включая и такие маломасштабные, как «Фокус».

Сложившаяся критическая обстановка в СРЮ стала причиной экстренной встречи Вальтера Фуста с Сергеем Шойгу в марте 1999 года, где было принято решение о начале незамедлительной совместной деятельности. Уже 28 марта представитель международного департамента МЧС России прибыл в Берн, где создавался мозговой центр инициативы — Группа планирования и координации.

Наличие представителя чрезвычайного ведомства России в Швейцарии гарантировало оперативность в согласовании целого списка намеченных задач, а также отработке способов совместной деятельности на будущее. Главной, тогда еще не объявленной задачей «Фокуса» было реанимировать международную гуманитарную поддержку СРЮ и поднять ее деятельность в регионе до полномасштабного уровня.

Идея прийти первыми на помощь пострадавшему населению была продиктована не амбициозными намерениями инициаторов «Фокуса», а здравым пониманием тупиковости ситуации, когда промедление в оказании помощи пострадавшим могло привести к гуманитарной трагедии в регионе и никакие пробуксовки в осуществлении международной гуманитарной деятельности не должны были стать этому причиной.

Как известно, монополия на международную гуманитарную деятельность принадлежит Организации Объединенных Наций. Четыре подразделения ООН — ПРООН, УВКБ, ЮНИСЕФ и ВПП играют ведущую роль в деле оказания чрезвычайной гуманитарной помощи. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) осуществляет координацию международного реагирования на чрезвычайные ситуации в области здравоохранения.

За долгие годы своей деятельности все эти структуры обюрократились и значительно снизили скорость реагирования, став заложниками многочисленных юридических и законодательных ограничений и, что стало невозможным скрыть, своей политической зависимости и ангажированности.  Организации Красного Креста и несколько неправительственных структур, таких, например, как «Врачи без границ» и др., также были серьезно заражены множеством формальных ограничений по примеру ООН, тормозящих их деятельность.  Югославия весны 1999 года стала заложником всех этих отрицательных явлений.

Начало деятельности «Фокуса» в условиях рано наступившей жары, нехватки питьевой воды, средств гигиены и санитарии у беженцев, опасности возникновения сопутствующих заболеваний подтверждали наши опасения, что своевременная помощь будет условием их выживания, особенно детей и ослабленных физически и психологически людей пожилого возраста. В не менее сложных условиях находились и оставшиеся в изоляции сербские населенные пункты, отрезанные от регулярных централизованных поставок необходимой помощи из Белграда.

В задачах «Фокуса», как мы отмечали ранее, стояло оказание помощи всем пострадавшим от агрессии НАТО, в том числе и по обе стороны баррикад, в конфликте между сербами и косовскими албанцами. Особенности географии и сложности логистики в условиях накала страстей принимались ко вниманию в первую очередь, и эти задачи надо было как-то решать. В качестве одного из способов доставки пострадавшим в труднодоступные районы порционной питьевой воды и питания, и прежде всего детского, рассматривались даже сбросы гумпомощи с воздуха с предельно малых высот, что уже было ранее осуществлено российскими летчиками на ИЛ-76 в одной из африканских стран. До практической реализации этот сценарий доведен не был, в том числе из соображений экономии средств. В дальнейшем доставка гуманитарных грузов осуществлялась привычным способом — автомобильными конвоями МЧС России.

Как уже было отмечено, Группа планирования и координации начала свою практическую деятельность 28 марта в Берне.  В это же время в Белграде на базе существующей структуры ШАРС был сформирован офис «Фокуса» под российским руководством в лице заместителя руководителя международного департамента МЧС России.

Чуть позже такие оперативные полевые отделения были открыты и заработали в Приштине (Косово), Скопье (Македония), Нише (Сербия), Софии (Болгария), Подгорице (Черногория).

По достижении договоренностей о совместной гуманитарной деятельности со швейцарцами министром Сергеем Шойгу была поставлена задача в максимально сжатые сроки перебросить необходимое количество специалистов и техники в СРЮ. Для этого пришлось в течение нескольких дней согласовать весь необходимый пакет документов в правительстве РФ.  Такую же работу проделала и Группа планирования и координации, разрабатывая и согласовывая необходимый пакет правовой документации для легализации деятельности «Фокуса» на территории СРЮ. Уже 5 мая с правительством СРЮ был подписан соответствующий меморандум, дающий «зеленый свет» этой международной инициативе.

Первые контингенты МЧС России — мобильный госпиталь, две автотранспортные группы из 20 КамАЗов и нескольких машин сопровождения — были доставлены в Софию воздушными «супертяжами» Ан-124 «Руслан» в период с 3 по 10 мая, откуда за двое суток самостоятельно достигли Белграда. В течение двух дней все силы и средства были расположены в местах сосредоточения, и первый конвой с гуманитарной помощью был доставлен по назначению уже 15 мая 1999 года. Этими силами в тесном сотрудничестве с УВКБ ООН и осуществлялись на постоянной основе последующие интенсивные поставки гуманитарной помощи. За период с мая по ноябрь 1999 года всего было перевезено более 1650 тонн гуманитарных грузов первой необходимости, из них 800 тонн — в Косово.

Заслуга «Фокуса» состояла не только в своевременном и адресном предоставлении необходимой гуманитарной помощи нуждающимся, но и в оценке нанесенного ущерба стране в результате натовских бомбардировок. С политической точки зрения эта деятельность была достаточно рискованной. Формально она ложилась на плечи властей СРЮ, и в таком случае они были бы обвинены в предвзятости. Оценка ущерба третьей стороной казалась правильной, но, с точки зрения виновников разрушения страны, в первую очередь США, публичное обнародование результатов бомбовых ударов и их последствий позитивной реакции у НАТО не вызывало и могло повлечь за собой соответствующую реакцию в отношении государств — участниц этой инициативы.

Руководство «Фокуса» все-таки проявило незаурядную политическую волю и приняло решение провести полную оценку нанесенного ущерба с привлечением специалистов своих стран и в тесном взаимодействии с экспертами СРЮ.

В копилке выполненных программ «Фокуса» также значатся гуманитарное разминирование в Косове, восстановление школ и другие гуманитарные проекты, с которыми подробно можно ознакомиться в Итоговом отчете1.

Каждое из государств — участниц «Фокуса» внесло свой вклад исходя из возможностей. Швейцария предоставила львиную долю гуманитарных грузов — 1329 тонн (продовольствие, палатки, медикаменты и т. д.). Российские спасатели развозили эти грузы по всей стране и, кроме этого, перебросили в район города Ниша (городок Прокупле) и развернули свой, крайне необходимый в тех условиях мобильный госпиталь. Заметный вклад внесли и Греция с Австрией в виде финансовых взносов в трастовый фонд «Фокуса» наряду со Швейцарией и предоставили также десятки тонн медикаментов и продовольствия. У Греции как члена Североатлантического альянса была также особая роль в качестве посредника между «Фокусом» и натовским командованием для согласования вопросов безопасного прохождения автомобильных конвоев с гуманитарными грузами в зонах конфликта.

Это была непростая задача, так как командование НАТО в принципе не давало никаких гарантий безопасности всей гуманитарной деятельности «Фокуса», как и не брало на себя никакой моральной или юридической ответственности, если бы персонал или конвой стали жертвами бомбардировок.  Кроме материальной помощи, все страны оказывали посильное политическое содействие в рамках выполняемых задач, что и обеспечивало в конечном итоге успешное проведение операции.

В целях исторической достоверности сегодня мы можем с чувством благодарности открыть правду о незримом участии еще одного государства в деятельности «Фокуса» — Канаде.  Правительство того времени, возглавляемое Жаном Кретьеном, также отнеслось с симпатией к трагедии населения СРЮ и перечислило в трастовый фонд «Фокуса» более 600 тыс. долларов. И сделано это было так, чтобы не вызвать раздражение своего ближайшего соседа — «без демонстрации флага».

К сожалению, идея «Фокуса» — вдохнуть новую жизнь в устаревшие механизмы МГД — так и не была реализована. Этот пример четырех стран не был подхвачен ООН. Остался незамеченным или не был принят во внимание и совместный отчет о деятельности «Фокуса», подготовленный Москвой и Берном.

В сентябре 2002 года на переговорах о совместной международной гуманитарной деятельности в Москве Сергей Шойгу и Вальтер Фуст снова говорили о медлительности и бюрократии в ООН, об отсутствии координации между членами этой организации.

Подводя итоги деятельности «Фокуса» сегодня, через четверть века после ее завершения, мы констатируем, что на историографию «Фокуса» в государствах-участниках в негативном плане повлияла современная политика коллективного Запада в отношении России. Отдельные упоминания об этой инициативе можно найти только в прессе Греции. На официальном сайте швейцарского дипломатического ведомства эти события 25-летней давности также отсутствуют.

Несмотря на политические тенденции в мире, самого факта создания «Фокуса», выполненных работ и достижения целей никто отрицать не может.  Более того, с началом конфликта на Украине в 2014 году идея сотрудничества была продолжена и реализована в двухстороннем формате со Швейцарией. К сожалению, «Фокус-2» сошел на нет под влиянием внешних причин и непреклонного стремления коллективного Запада превратить Украину в свой восточный форпост для конфронтации с Россией.

«Фокус», как это и задумывалось, инициировал операцию по оказанию международным сообществом помощи пострадавшему населению от конфликта в СРЮ, и в особенности от натовских бомбардировок.

«Фокус» создал прецедент, который, как бы его ни пытались забыть и оставить незамеченным, оставил свой значимый след в истории МГД, поскольку создал новый коалиционный механизм содействия жертвам конфликта в СРЮ, воспрепятствовав полному разрушению страны в результате натовской агрессии.

Эта совместная четырехсторонняя инициатива создала и успешно обкатала пилотный проект с новым подходом при оказании экстренной гуманитарной помощи нуждающимся в условиях военного конфликта и постконфликтного восстановительного периода; комплексной оценки последствий конфликта на экологию и здоровье населения.

Достигнутые результаты «Фокуса» заслуживают детального изучения и должны быть взяты на вооружение в международной практике оказания экстренной гуманитарной помощи пострадавшим в условиях военных конфликтов, техногенных катастроф и стихийных бедствий в настоящее время и в будущем. В сложившихся условиях российскому чрезвычайному ведомству было бы целесообразно восстановить опыт «Фокуса», начать выстраивать новые отношения с дружескими странами и уже сейчас «обкатывать» коалиционные Ad hoc проекты по оказанию коллективной экстренной помощи пострадавшим странам и их населению.

Источник: Международная жизнь

об авторах: Юрий Бражников, МЧС России, действительный государственный советник РФ 2-го класса

Сергей Староверов, МЧС России, представитель в Группе планирования и координации «Фокус» в Швейцарии

 

Без рубрики

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.