Штрихи к биографии Адриана Васильевича Рудомино (1924-2017) и о «трофейной» литературе в библиотеке ВИИЯ

Навстречу 75--летию Великой Победы  

Об авторе: СВИРИДА Яков Васильевич, выпускник факультета спецпропаганды ВИИЯ 1971 года, полковник в отставке,

Штрихи к биографии Адриана Васильевича Рудомино (1924-2017) и о «трофейной» литературе в библиотеке ВИИЯ. 

Адриан, сын основательницы и многолетнего директора Всероссийской государственной библио­теки иностранной литературы (1922-1973), ныне носящей ее имя, Маргариты Ивановны Рудомино (1900-1990) и учителя Василия Николаевича Москаленко (1890-1981), совсем молодым ушел на Великую Отечест­венную войну. Его фронтовая судьба типична и ха­рактерна для его поколения: в июне 1941 года мно­гие его сверстники добровольцами отправились на фронт со школьной скамьи. Война стала для них другой школой – школой закалки и мужества. Мно­гие из них погибли, защищая Родину от гитлеров­ского нашествия.

В июньские дни 1941 года Адриан сдал экстер­ном экзамены за 10-й класс и с октября месяца на­ходился вместе с семьей в эвакуации в Саратове. В июне 1942 года семнадцатилетний юноша вернулся оттуда и поступил на учебу в Московский авиаци­онный институт (МАИ), но в августе весь 1-й курс был призван в армию и был направлен на учебу в Харьковское военное училище химической защиты (эвакуированное в Ташкент). После окончания во­енного училища осенью 1943 года, ему, командиру взвода химической защиты, довелось повоевать в составе 65-й армии 1-го и 2-го Белорусского фронтов, дойти до Берлина и даже расписаться на стене рейхстага. Ему повезло, он остался жив, на войне смерть всегда была рядом. Он прожил долгую творческую жизнь – 93 года, и оставил в истории Всероссий­ской государственной библиотеки иностранной литературы (ВГБИЛ) свою собственную страницу.

Так случилось, что сын встретился со своей матерью в Берлине. Для нее неожиданная встреча с ним была радостным сюрпризом. Об этой встрече А. В. Рудомино пишет сле­дующее: «Окончив летом 1945 года, двадцатилетним лейтенантом, войну в Германии, я был прикомандирован к аппарату Уполномоченного Государственного особого комитета обороны (ГОКО) в Германии. Эта организация занималась вывозом по репарациям иму­щества из Германии в Советский Союз в соответствии с решениями Тегеранской и Потс­дамской конференций. Вывозом книг (так называемой “трофейной литературы”) руково­дила моя мама Маргарита Ивановна Рудомино, основатель и директор Государственной библиотеки иностранной литературы в Москве. В Германии она была с весны 1945 года в звании подполковника. В составе ее группы я и работал. Вывоз книг из Германии в Совет­ский Союз по репарациям был оправдан огромными разрушениями, произведенными вер­махтом во время войны на территории нашей страны и гибелью массы культурных ценно­стей, в том числе сотен библиотек и миллионов книг.» [1].

Когда вчитываешься в воспоминания Адриана, явст­венно прослеживаются его духовные корни, вырос­шего в высококультурной атмосфере довоенной Мо­сквы. Благодаря стараниям и самоотверженному труду Маргариты Ивановны и ее сына, оказавшегося своевре­менно рядом с матерью, были спасены ценнейшие книж­ные сокровища, уникальная в мировой культуре коллек­ция, в которой среди многих раритетов находится Библия Гутенберга средневековая инкунабула, которую исто­рики приурочивают к началу книгопечатания в Европе. На 1 января 1970 года книжный фонд Библиотеки составлял около 4 млн. единиц хранения на 128 языках. Библиотеку часто посещали слушатели и преподаватели ВИИЯ.

Академик Дмитрий Сергеевич Лихачев (1906-1999) дал высокую оценку деятельности Маргариты Рудомино: «То, что совершила для нашей культуры эта удивительная женщина, — фантастично и неоценимо. <…> Жизнь и судьба М. И. Рудомино — это служение. Она принадлежала к тому поколению русской интеллигенции, для которого высшим смыслом жизни были высокая духовность и ответственность. Уникальный специалист, непревзойденный знаток библиотечного дела, Маргарита Ивановна была признанным в мире авторитетом в этой области. Ее вклад в культуру нашей страны огромен, и как жаль, что он не был при ее жизни по достоинству оценен. И все же свершилась, по-моему, высшая справедливость — библиотека, которую создала Маргарита Ивановна, которую она буквально взрастила своими руками, теперь носит ее имя. И это — навечно» [2].

С 1945 года Госфонд литературы занимался приемом книг, поступавших из Германии в Москву, и распределе­нием их по библиотекам Москвы, Ленинграда и дру­гих городов. В состав трофейных комиссий Гланым политуправлением РККА были выделены бригады из квалифицированных военных работников, владею­щих иностранными языками, на которых возлогался учет, сбор и организация охраны книг.

С той же целью от Военного института была командирована в Германию группа военных переводчиков и преподавателей для отбора книг по различной тема­тике, в основном для организации учебного процесса в ВИИЯ, вер-нувшегося из эвакуации осенью 1943 года из Ставрополя-на-Волге (ныне г. Тольятти) и размещенного в июле 1944 года в забро­шенных Астраханских казармах в Лефо­ртово. Часть книг поступила в институт­скую библиотеку, часть была складиро­вана в книгохранилище, в церкви Космы и Дамиана (в Столешниковом переулке, 2) [3], находящейся недалеко от памятника князю Юрию Долгорукому. Церковь эта долгое время пребывала в запущенном и неприглядном состоянии. И только реставрационные работы, начатые в 1977 году, позволили сохранить церковь до наших дней, построенную во 2-й поло­вине XVII века.

Проживая в районе Ясенево, мне довелось слышать разговор одной жительницы, что в 70-80-х годах прошлого столетия в подвале церкви Петра и Павла вывозили «трофейные» книги, складированные после войны, в связи с началом реставрационных работ в храме. Церковь пребывала закрытой с 1929 года. Одно время в ней был совхозный склад, затем она никак не использовалась и снова стала действующей только в 1989 г.

Версия хранения «трофейных» книг в церкви подтвердилась на сайте усадьбы Ясенево usadba-yasenevo.ru. Относительно книг там сказано следующее: «После Великой Отечественной войны в церкви был размещен немецкий трофейный архив, который вместе с тогда еще сохранившимися церковными книгами в течение десятков лет – вплоть до реставрации храма – находился в не проветриваемом, сыром помещении под сводами церкви. Частью этого архива оказались и те книги, которые были вывезены немцами во время войны. В конце 1980-х годов уцелевшие книги пополнили хранилища Института научной информации по общественным наукам Академии наук» [4].

Наличие «трофейных» книг в церкви Космы и Дамиана и стойкая позиция Марга­риты Ивановны тоже сыграли не последнюю роль в её сохранности. В 1973 году Маргарита Рудомино была уволена с поста директора ВГБИЛ, проработав в ней 52 года, и отправлена на пенсию. Должность директора заняла дочь тогдашнего председателя Совета Министров СССР Людмила Алексеевна Гвишиани (Косыгина) при содействии министра культуры СССР Е. А. Фурцевой. В 1974 году, через год после ухода на пенсию, Маргарита Ивановна начала писать книгу воспоминаний.

В воспоминаниях Адриана Васильевича и Маргариты Ивановны есть строчки, касаю­щиеся Военного института иностранных языков. «Почти два года фронтовой жизни ока­зались на моем веку самыми значительными и интересными. В них переплелось все – долг, бои, тяжелый труд, любовь, кровь, потеря товарищей и, наконец, Победа, – вспоми­нает А. В. Рудомино. – Я был так увлечен фронтовой работой взвода химзащиты и так по­любил своих солдат, что осенью 1944 года отказался от предложения поехать на учебу в Военный институт иностранных языков. А в июне 1945-го я, двадцатилетний лейтенант, был откомандирован в Берлин, в Особый комитет СНК СССР по Германии» [5].

В этом Особом комитете мать и сын занимались отбором и вывозом книг по репарации в счет компенсации за понесенные советскими библиотеками и музеями во время войны потери. По данным немецкой стороны, специальные нацистские команды вывезли в Германию из СССР четыре с половиной миллиона томов, в том числе большое количество русских первопечатных книг и рукописей из Новгорода, Пскова, пригородных двор-цов Ленинграда.

И далее его же цитата: «Я служил в Германии до поздней осени 1945 года, не­сколько раз бывал в командировках в Берлине и, как уже писал выше, помогал маме в вывозе книг. Ей очень не хва­тало офицеров, которые могли бы практически руково­дить этой работой. Затем весною-летом 1946 года я был три месяца в Германии в служебной командировке от Главного управления кадров Вооруженных сил СССР и тоже помогал маме в ее работе» [6].

В результате моих исследований на протяжении многих лет в ар­хивах по составлению истории нашего прославленного военно-учебного заве­дения (ВИИЯ КА) и биографии его первого началь­ника генерал-лейтенанта Н. Н. Биязи (1893-1973), в выписках из архивных документов я нашел дополнительные сведения, относящиеся к биографии Андриана Рудомино, а также о комплектовании библиотеки ВИИЯ «трофейной» литературой в 1945-1946 годах. Этими сведениями я и решил поделиться на страницах альманаха «Виияковец» в виде небольшого дополнения к ранее опубликован­ным статьям в журнале «Наше наследие» [7], посвященным семейству Рудомино, достой­ным представителям русской интеллигенции ХХ века.

Привожу сначала выписку из письма Маргариты Ивановны из Берлина мужу В. Н. Москаленко в Москву 22 августа 1945 г.: «…неожиданно вчера приехал Адриан. У него направление в Институт иностранных языков [ВИИЯ КА], куда он должен прибыть к 1 сентября. Но он решил путешествовать по Европе и приехать в Москву в сентябре. Сейчас он у меня. <…> Одним словом, во второй половине сентября жди нас. Домой очень хочется. Очень довольна, что Адриан попадет домой» [8].

По словам М. И. Рудомино, сын Адриан демобилизовался из армии только в начале 1947 года [9]. Из приведенных цитат мне сначала было неясно: все-таки учился или нет Ад­риан Васильевич в ВИИЯ КА? В ее воспоминаниях об этом ничего не было сказано. В алфавитной книге учета слушателей, убывших из ВИИЯ КА до 1950 года, мне встретилась запись [10], которая внесла ясность на поставленный во­прос и служит дополнительным штрихом к его биографии.

Действительно, он был зачислен слушателем 1-го факультета (западных языков) и приступил к занятиям только в октябре 1945 года. Поскольку в ходе проверки его знаний выяснилось, что он неплохо владеет английским языком, его включили в список языковой группы 1-го курса (английский сектор). Фактически он проучился в институте только один учебный год и был уволен в запас по статье 43а (по болезни) в декабре 1946 года, хотя, судя по воспоминаниям матери и фотографиям того времени, он выглядел здоровым парнем и ни на что не жаловался [11]. Мотивы его увольнения остаются не выясненными. Тем более, что он три месяца (весной и летом) этого года находился в служебной командировке в Германии от Главного управления кадров (ГУК) Вооруженных сил СССР и помогал Маргарите Ивановне в ее работе.

После демобилизации Адриан Васильевич окончил в 1954 г. Институт внешней торговли, стал преподавателем, а в дальнейшем доцентом МГИМО. Уйдя на пенсию, он занимался литературной работой, приводил в порядок семейный архив Рудомино, выступал в печати по проблемам перемещенных культурных ценностей, писал книги «От дымовой завесы до Библии Гуттенберга» (2016), «Легендарная Барвиха: Записки старожила об истории, природе и частной жизни» (2009).

В воспоминаниях генерала Биязи есть такие строки: «Библиотеку удалось значительно пополнить за счет привезенной из Германии большой иностранной библиотеки с уникаль­ными книгами…» [12]

Что касается комплектования библиотеки ВИИЯ КА «трофейной» литературой, есть два документа в ЦАМО РФ, подтверждающие наличие этой литературы в фондах библио­теки института. В приказе № 01 врио начальника ВИИЯ полковника Шаткова В. Н. от 6 января 1947 года речь идет о составе комиссии института по учету трофейных книг:

«В связи с окончанием отбора, классификации и учета трофейных книг Берлинского фонда в соответствии с приказом № 051 и передачи учтенных книг библиотеке Военного инсти­тута по составленным комиссией спискам, приказываю:

  1. Комиссии немедленно приступить к разбору книг фонда Германской сухопутной армии.
  2. В состав комиссии дополнительно включить военного цензора подполковника Шус­това И. В., инженер-подполковника Эмильева А. И. [13], капитана Гофмана Е. А., капитана Авдеева Р. А. и капитана Кельбера Б. И. [14]
  3. Освободить от исполнения обязанностей члена комиссии капитана Розенталь Э. Я., капитана Пешехонову В. Г., старшего лейтенанта Гец С. Л., старшего лейтенанта Зеленову Е. В. и старшего лейтенанта Красавчикову Б. Б., не работавших в комиссии по болезни и другим причинам» [15].

Другой документ – это доклад начальнику ГУК генерал-полковнику Голикову Ф. И. председателя комиссии генерал-лейтенанта Смирнова С. А. [16] о сдаче должности от быв­шего начальника ВИИЯ генерал-лейтенанта Биязи Н. Н. вновь назначенному начальнику института генерал-майору Ратову П. Ф. (1897-1970) 9 апреля 1947 года. В нем содержится следующая информация: «Библиотека до сего времени в надлежащее состояние не приве­дена. По основному фонду, насчитывающему до 150 тыс. томов, несколько лет не было никакой инвентаризации книг. По трофейному фонду (около 120 тыс. томов) произведена грубая разборка по языковому признаку, изъята фашистская литература, но инвентариза­ции фонда не произведено. Полезного для института фонда, могущего быть использован­ным в институте, не более 5%. Все остальное целесообразно передать государственным хранилищам» [17].

Судьба библиотеки после расформирования института в 1956 году остается для меня неизвестной. Предположительно, часть книг передали во ВГБИЛ, а остальные в Военную академию Советской армии и другие военно-учебные заведения.

Активизация международных связей Советского Союза и военного сотруд­ничества стран Варшавского договора в конце 50-х годов ХХ века потребовали возобнов­ления подготовки военных переводчиков. В сентябре 1958 года был сформирован Военный фа­культет (отделения западных и восточных языков со сроком обучения один и два года) при Военной академии Советской Армии, который разместился в Астраханских казармах[18] бывшего ВИИЯ. В 1961 году факультет был переведен на 5-летний срок обучения со знанием двух иностранных языков. На базе этого факультета в мае 1963 года был воссоздан Военный институт, а в 1965 году был произведен первый выпуск.

В год моего поступления на одногодичные курсы при ВИИЯ (1964 г.) библиотека размещалась на первом этаже двухэтажного флигеля казарм (в форме буквы «П») пе­ред замкнутым плацем (левая сторона здания, соединенная верхним переходом с правой стороной). После ввода в эксплуатацию нового восьмиэтажного учебного корпуса и клуба в 1966 году, под библиотеку отвели нижний этаж клуба с подвальным хранилищем фонда, а верхний – под зрительный зал. Основная нагрузка по перемещению фондов библиотеки в здание клуба легла на заведующую Маркову Светлану Петровну, которая проработала в институте, если мне не изменяет память, более 30 лет и оставила о себе благодарную память своей доброжелательностью и трудолюбием, внимательным отношением к нам, курсантам и слушателям.

В 80-х годах был введен в строй новый многоэтажный корпус на территории инсти­тута, куда переместилась снова из клубных помещений библиотека усилиями и энергией все той же Светланы Петровны. В 90-х годах ВИИЯ под­вергся очередному расформированию и влился в состав Военного университета Мини­стерства Обороны (ВУМО) в статусе одного из факультетов лингвистического направле­ния. Время не пощадило ряд старых зданий казарм, построенных в 1906-1908 гг. для 12-го Астраханского полка имени императора Александра III и разрушенных для возведения на их месте новых многоэтажных учебных корпусов. Но это уже другая история.

[1] А. В. Рудомино. Полвека в плену. (Журнал “Наше наследие” № 32.1994. С. 92-96)

[2] Статья академика Д.С. Лихачева была написана в качестве предисловия к кн.: Великий библиотекарь. Маргарита Ивановна Рудомино (1900–1990). / ВГБИЛ; Сост. и ред. Азарова Е. А. — М.: Рудомино, 1991, с. 1.

[3] Ранее ГБИЛ размещалась в Историческом музее. Летом 1929 года библиотека (40 тыс. томов) заняла церковь Космы и Дамиана в Столешниковом переулке. Впоследствии расположение библиотеки в этом здании помешало снести церковь во время религиозных гонений. В начале Великой Отечественной войны редкие книги и ценные коллекции ГЦБИЛ были эвакуированы за Урал, однако сама библиотека оставалась в Москве, став центром антифашистской контр-пропаганды. Преподаватели и слушатели старших курсов Военфака в течение первых месяцев войны перевели и обработали для ГШ и НКО большое количество трофейных документов, пользуясь при переводе фондом ГЦБИЛ. После окончания войны библиотечный фонд значительно пополнился за счёт трофейной литературы и книг, перевезённых из других библиотек.

[4] М. Ю. Коробко. Ясенево// Усадебное ожерелье Юго-Запада Москвы. М., 1997. // 30 января 2015 года в здании библиотеки ИНИОН РАН произошел пожар, его тушили 27 часов. Огонь не добрался до книгохранилищ, но в результа-те последующего затопления пострадало около 20% фондов. В январе 2019-го правительство выделило для этого из

бюджета более 6,7 млрд. руб. 13 июня 2019 г. началось «восстановление». Здание ИНИОН полностью снесли. Стройка продолжается.

[5] Контекст. Библиотека иностранной литературы. Некролог: Ушел из жизни Адриан Васильевич Рудомино. // Интерактивный ресурс: https://libfl.ru/ru/news/ushyol-iz-zhizni-adrian-vasilevich-rudomino

[6] Адриан Рудомино. Книги войны. // «Наше наследие», 1999, № 49, с. 84.

[7] См. «Наше наследие»: 1989, № 12. С. 1-6; 1994, № 32. С. 92-96; 1999, № 49. С. 77-96; 2000, № 54. // Фотографии для данной статьи заимствованы из журнала «Наше наследие» и изданных книг о семье Рудомино.

[8] Рудомино А. В. Жизнь и судьба // Рудомино М. И. Книги моей судьбы. — М., 2005, с. 126-127.

[9] Там же, с. 126-127; с. 116.

[10] ЦАМО РФ. Ф. 60736, оп. 28-А, д. 178, л. 32. Алфавитная книга № 9 учета слушателей и постоянного состава, убывших из ВИИЯ КА до 1950 г.: Лейтенант Рудомино Адриан Васильевич, слушатель 1 ф-та (Западного) с октября 1945, англ. сектор, род. в 1924 г., в армии с июля 1942 г., русский, член ВЛКСМ с 1942 г., владеет английским языком, экстерном окончил 10 классов в 1941 г., Харьковское воен. уч-ще хим. защиты в 1944 г., участник Вел. Отеч. войны (05.1944-05.1945), 1-й и 2-й Белорусский фронты, награжден орденом Красной Звезды, холост, уволен в запас по ст. 43а (по болезни) 30.12.1946.

[11] ЦАМО РФ. Ф. 60736, оп. 28-А, д. 3, л. 6. Приказ ГУК № 03009 от 30.12.1946 г.: Уволить из кадров Советской Армии в запас, п. 7. Лейтенанта Рудомино Адриана Васильевича по ст. 43 (по болезни). Подпись: Начальник ГУК генерал-полковник Голиков Ф. И.

[12] Н. Н. Биязи. Воспоминания. На двадцати восьми языках. // Сб. Краткий ист. очерк ВИИЯ. К 25-летнему юбилею. – М., 1967, с. 116.

[13] Эмильев Андрей Иванович (наст. фам. Сава Драганов Контров, 1904-1970) – болгарин, из крестьян, чл. компартии Болгарии с 1923 г. и Австрии, окончил гимназию (1924), ун-т г. Граца в Австрии (1924-1930), воен. инженер 1 ранга (1940), сов. воен. разведчик (1930-1935), воен. советник в Испании (награжден орденом Красного Знамени – 1937, 1950, Красной Звезды – 1945), нач-к курса 3-го фак-та Высшей разведшколы ГШ, нач-к курса 1 фак-та (1943-1945), зам. нач-ка кафедры славянских языков (1946-1949), ст. преп. фак-та заочн. обучения (1952) ВИИЯ КА. Уволен в запас (по возрасту) в 1955 г. Последнее место работы – зав. кафедры редких языков Высших курсов иностр. языков МИД СССР. // См. Лурье В. М., Кочик В. Я. ГРУ: дела и люди. СПб., 2003, с. 493.

[14] Примечание. Капитаны и ст. лейтенанты – преподаватели кафедры военного перевода ВИИЯ.

[15] ЦАМО РФ. Ф. 60736, оп. 28-А, д. 2, л. 1. // Приказы ВИИЯ (рассекречено).

[16] Смирнов Сергей Александрович (1892-1969) прибыл в ВИИЯ с должности начальника курсов «Выстрел» (1941-1945), был заместителем началь­ника института по научной и учебной работе (1947-1956). Русский, из служащих, окончил 2 курса Петроград. духовной академии в 1915 г., ускоренный курс Владимирского воен. уч-ща (1915), курсы КУВНС вместе с Н. Н. Биязи при ВА им. М. Фрунзе (1926). В старой армии – подпоручик (1915-1918), в Кр. Армии с июля 1919, участник Гражд. войны (1918-1921). До 1 февр. 1928 г. – нач-к штаба 2-й стр. Приамурской дважды Краснознамённой дивизии. Комбриг (1935), генерал-майор (1940), генерал-лейтенант (1944).

[17] ЦАМО РФ. Ф. 60736, оп. 28-А, д. 6, л. 43. Акт о приеме и сдаче должности начальника института 9.04.1947.

[18] В документах ЦАМО Астраханские казармы именуются как Красногвардейские. // См. ЦАМО. Ф. 60736. Оп. 1. Д. 1. Истор. формуляр ВИИЯ, с. 5.

5 thoughts on “Штрихи к биографии Адриана Васильевича Рудомино (1924-2017) и о «трофейной» литературе в библиотеке ВИИЯ

  1. Знала хорошо Адриана Вас. Соседа по посёлку Новь, где я проживаю. Он был инициатором возведения исторического подворья Зачатьевского монастыря и похоронен на территории подворья-большая честь и вечная память сегодня, в Радоницу, и всегда.
    Екатерина Зотова

  2. Спасибо, Женя. Очень полезная статья.
    В своё время много работал в БИЛ, тем интереснее было узнать многие детали её истории.
    С наилучшими пожеланиями,
    Конст. Кошелев.

  3. Огромное спасибо!

    Всю жизнь знал фамилию Маргариты Ивановны, но не мог подумать, что она и сын имеют к нашему Институту такое отношение. Сам пользовался некоторыми старыми книгами, которые, возможно, были отобраны при их участии.

    Потом, уже работая в Институте, не раз бывал в одном из главных хранилищ трофейной литературы на иностранных языках. В храме на Новокузнецкой.

    Сколько же оттуда книг пропало! Особенно отличались представители кинематографа, которым не было дело до содержания книг. Главное — корешки красивые. Убежден, что сегодня они являются украшением не одной личной библиотеки.

    А в них труд и любовь к книгам матери сыно Рудомино.

    А. Белов, З-74

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.