Интервью военного советника в Южном Йемене (часть вторая)

Расшифровка интервью (часть  вторая) Евгения Владимировича Чернышева телеканалу «Russia Today” (арабская редакция).    

    

Ведущий 1

Евгений Владимирович рад вновь встретиться с Вами. Давайте продолжим нашу беседу

Чернышев 1

Здравствуйте и я очень рад.

Ведущий 2

Я хотел спросить у Вас вот о чем. В своей книге Вы писали, что бывали у вас такие случаи, когда вдруг из личного состава йеменцев исчезали люди.  Причем один человек, который т так неожиданно исчез, был одним из лучших Ваших адъютантов, а если точнее говорить – помощников.

Чернышев 2

Это был мой помощник – Омар, который служил в армии еще при англичанах. Он был капитаном, командиром роты. Небольшого роста, худощавый, очень грамотный и толковый офицер. *И то, о чём Вы меня спрашиваете, произошло в период проведения наших показательных боевых учений. После их завершения, у нас была запланирована встреча с йеменским руководством в штабе бронетанковых войск. Новобранцы показали себя великолепно и мы, советские специалисты отправились к Али Обейду.  В штабе уже было очень много народа, помещение мы накануне красиво украсили. Руководство Йемена было довольно и учениями, и приемом, все нас очень благодарили. Рубейя Али с мягкой улыбкой подошел к нам, лично сказал спасибо и  спросил, в чем мы нуждаемся по нашей работе и уверил, что выполнит любую нашу просьбу. А я как раз накануне учений обнаружил, что Омара нет на службе и мой йеменский коллега  Шариф Мансур сказал мне по секрету, что Омар арестован, сидит в тюрьме и ждет казни. А такие случаи исчезновений  уже бывали у нас

Ведущий 3

Исчезновений бесследных?

Чернышев 3

Бесследных исчезновений. Это был периодострой борьбы с оппозиционерами во власти, когда людей просто  уничтожали, расправлялись с ними.

Ведущий 4

Чистка армии шла

Чернышев 4

Шла борьба за власть…

Ведущий 5        

Чистка армии, это нормальное дело. Со сменой политической власти.         

Чернышев 5

Так вот, Рубейе Али я сказал, что у меня есть только одна просьба. Просьба о моем помощнике Омаре. Я подробно рассказал о том, что Омар буквально моя «правая рука», но вот уже несколько недель его нет на работе и без него мне тяжело,  дела не идут.  А ведь перед нами поставлена задача поднять на должную высоту уровень подготовки бронетанковых войск Южного Йемена. Примерно такую я произнес речь. Вы бы посмотрели на Рубейя Али! У него сразу совершенно изменилось лицо!! Я уже говорил, что йеменское руководство не любило, когда кто-то со стороны вмешивался в их внутренние дела. А тут я со своими просьбами! Рубейя Али туту же спросил  Шарифа Мансура: «А почему он задает такие вопросы? Почему он вмешивается в наши дела?». Этого мне Мансур тогда не перевел, позже об этом рассказал.                 

Ведущий 6        

То есть, он в тот момент решил смягчить обстановку?

Чернышев 6

Да я её тоже не обострял. Ведь я в своей речи уточнил, что  Омар очень предан своему правительству и служит ему верно. Шариф Мансур объяснил мой вопрос тем, что я просто очень дружен с Омаром и потому мой вопрос содержит искреннюю тревогу за него и больше ничего. Тогда Рубейя Али повернулся ко мне и сказал: «Мы в ближайшее время выясним,  что с ним,  и вы об этом узнаете». Прошло буквально два-три дня и мне офицеры докладывают: «Омара выпустили из тюрьмы, но сейчас он лежит в больнице». Не знаю, мне кажется, что , его могли там, в тюрьме пытать или бить… Не знаю… В общем, не лечении он находился. Прошла еще неделя и вот однажды, подходя утром к штабу командующего, я увидел, как обычно, всех наших офицеров. Они всегда по утрам на улице стояли. А среди них стоял мой помощник – Омар!  К тому моменту все мои офицеры знали, что это я заступился за него, знал и Омар. Он бросился ко мне, благодарил, обнимал: «Вы мой отец! Вы мой отец!». *                 

Ведущий 7        

Но это был единственный раз, когда Вы заступились за исчезнувшего вот так офицера?                 

Чернышев 7

Мне был известен ещё один случай. Пропавшим был командир роты. Такой боевой был, никого не боялся и не признавал никаких авторитетов.  Мы с ним на марш-бросках хорошо работали. И тут вдруг вот так же исчез. Просить за него уже было не у кого.  Потом уже мне  сказали, что он поехал в район Мукейрас (Mukayras) по распоряжению руководства, и как только прибыл туда, вышел из машины или из самолета, я точно не знаю, как его тут же схватили и чуть лине у всех на глазах перерезали горло  и бросили на дороге.                  

Ведущий 8

Понятно. Я бы хотел вернуться к теме танкового марш-броска, который вы совершили в Эль-Абр. *Это ведь очень далекий путь  до Саудовской Аравии. А напрямую нельзя было пройти к границе Саудовской Аравии? *                 

Чернышев 8

А для танков других путей не было!                 

Ведущий 9        

Да? Было легче эти восемьсот километров проходить?                 

Чернышев 9

Нет, что Вы! Это был трудный путь! Мы и по горам шли, и по пустыне, и вдоль берега моря  шли.                  

Ведущий 10

А кто поставил перед вами такую задачу?                 

Чернышев 10

Эту задачу поставили нашему командующему. Министр обороны решил усилить танковую бригаду на границе.                  

Ведущий 11

Восемьсот километров, насколько я знаю, вы преодолели за рекордное количество дней?                  

Чернышев 11

Мы преодолели его за десять дней. До этого мой предшественник прошёл с танками этот путь за две недели. Мы, уже зная особенности дороги, просто применили  иную методику марша-броска.                   

Ведущий 12

Вы перебросили туда…                 

Чернышев 12

Танковую роту…                 

Ведущий 13

Еще одну танковую роту, с тем, чтобы они могли бы отразить…

Чернышев 13

С тем, чтобы  усилить …                 

Ведущий 14

Усилитьдля того, чтобы мощнее отразить любую агрессию со стороны …

Чернышев 14

Конечно, конечно…                 

Ведущий 15

Саудовской Аравии… Правильно?                 

Чернышев 15

Конечно! Там уже была одна танковая рота на тот момент, когда мы планировал наш марш-бросок. До этого я решил прилететь туда сам, чтобы провести подготовку места к размещению нового батальона. Я доложил о цели своей поездки в Эль-Абр и йеменское командование моментально выделило нам самолет, чтобы мы, как можно быстрее, добрались к месту будущей дислокации нашей танковой роты. Нас приняли хорошо, мы всё оперативно изучили и вернулись обратно. На следующий же день, перед маршем, я поднял  по тревоге танковую роту, чтобы удостовериться в исправности наших машин. Оказалось, что половина из них не заводится. Полдня ремонтировали, привели в порядок и благополучно начали и завершили наш марш-бросок. Место нашего нового расположения было таким – внизу большая долина, а вокруг скалистые высоты.  долина большая, а тут высоты скалистые. Вот наверху там, приехали туда, заняли, окопы сделали и заняли оборону. И с этого места огромный обзор для танкиста. Большой обзор был. И все наблюдали, вдали, километр, полтора, два. Проходили машины. Мы все здесь видели.                   

Ведущий 16

Я хотел у вас еще спросить об одном инциденте. О столкновении армии Южного Йемена с повстанцами, которые вели свой огонь с территории Северного Йемена. Вы непосредственно принимали в этом участие. Не могли бы вы рассказать нам, как Вам пришлось принимать в этом участие?                 

Чернышев 16

Могу.                 

Ведущий 17

Что произошло вообще и насколько частыми были эти инциденты в то время?                 

Чернышев 17

Частыми были. Да. И в разных местах.                 

Ведущий 18

Почему в этот раз потребовалось ваше вмешательство, непосредственное?

Чернышев 18

Я сейчас поясню. В сентябре 1972 года я возвращался из отпуска в свои танковые части в Южном Йемене. Во время пересадки в Ходейде я встретил в аэропорту нашего Главного военного советника в Северном Йемене –  Николая Зайцева.  Он приехал встречать какого-то важного гостя. Мы неплохо знали друг друга и потому поздоровались и даже успели поговорить до вылета. И вот он попросил меня передать нашему южнойеменскому советнику –  Константину Гореленкову, что на границе наблюдается скопление воск из бежавших из Адена эмигрантов и наемников.  А значит, возможно, вторжение». Я все понял и как только приехал в свое расположение сразу же доложил Главному военному советнику о полученной мной информации. *Не успел я добраться к себе домой, как раздался звонок – меня вызывал к себе Главный военный советник.  Он сообщил, что на границе действительно начались боевые действия. И мне надо ехать туда, что посмотреть, как там наши южнойеменские войска. *                 

Ведущий 19

Танки уже были там?                  

Чернышев 19

Да были. Когдамы подлетали к границе, я попросил сделать круг над местом дислокации наших войск, чтобы посмотреть сверху.  Ну и картина там была!!! Войска  – пехотные бригады лежат, ну точно, как цыганский табор! Разбросанные, кто, где, не в боевом состоянии! Я говорю: «Если авиация появится, они же уничтожат их сразу!». Сели мы. Стали решать к кому идти. К командующему сухопутными войсками? Нет, сразу к нему нельзя было идти.  Решили поехать к командиру бригады, нашли его палатку. Зашли. Сидит он – толстый такой, угрюмый, карта перед ним и на карте вот такая вот красная линия нарисована,  и он внимательно на нее смотрит. Мы зашли, представились, все. Он поднял голову – посмотрел. Я задал вопрос: « А танковая рота где?». Он ответил, что танковая рота на передовой. Я сказал, что мне надо туда поехать. Но он даже не отреагировал на мои призывы о том, что там люди под ударом!  Как он мог командовать танковой бригадой?! Я спросил, где советник находится, оказалось, что их советник уже на передовой. А нам всем ехать без разрешения командующего сухопутными восками нельзя было. Вот  тогда мы и отправились к Али Антару, чтобы он нам помог.                   

Ведущий 20

Али Антар на месте уже был?                 

Чернышев 20

Там был! Мы поговорили с ним, объяснились. Я сказал, что там мои танкисты и мне надо ехать к месту боев. Али Антар, естественно, ответил мне что всё понимает, но по  политическим мотивам иностранных советников не положено пускать на место боев. Иначе будет скандал международного масштаба. Нельзя! Но я настаивал. Я должен был посмотреть, как мои ребята работают. Мы их готовили столько сил вложили, а вдруг им надо что-то подсказать. Али Антар ответил, что подумает. Я стал ждать. Через полчаса ко мне пришли и доложили, что Антар дал разрешение на выезд. Мы выехали. В машине был я, еще один советник и тот самый  командир танковой бригады. До места боев было километров двадцать по пыльной дороге.  Когда мы уже совсем были рядом и видели впереди высоту, где располагался наш командный пункт,  перед машиной вдруг что-то бахнуло! Нас засыпало песком и пылью! Это  был настоящий взрыв!                 

Ведущий 21

То есть прямо перед вами взорвался снаряд?                  

Чернышев 21

Перед нами! Заглох мотор нашей машины, и мы не доехали до штаба метров двести. Стряхнули мы с себя пыль и побежали туда к штабу. На высоту. Был с нами еще один йеменец –  старший лейтенант Гуссейн, очень энергичный такой, хороший парень. Он исполнял обязанности начальника штаба. Так он разогнался и вперед помчался к одинокому танку, который почему стоял в стороне. И он на него заскочил и сразу в башню. А ему кричу: «Куда ты побежал, подожди меня!».  Поднялся я наверх, сверху стали смотреть, откуда же снаряд прилетел. А тут и советник местный подбежал, я его спрашиваю: «Что тут у вас происходит?» . Он докладывает:  «Да вот, стоит у границы орудие и беспрерывно по нам стреляет! Где-то в двух километрах от нас». Я все понял, осмотрел еще раз территорию, определил, откуда,  из какого района примерно идет стрельба и спустился в машину. Посадил нашего Гуссейна за орудие, сам сел за монокли и стал следить за прицелом. А потом стал командовать: «Крути вправо, влево, дальше!». «Есть!». «Заряжай!». Он зарядил! Бах – снаряд полетел. Смотрю, перелетел дальше орудия. Так. Стали применять специальную тактику – брать вилку. Первый выстрел был перелётом. Я приказал уменьшить прицел на два деления. Уменьшили. Выстрелили – недолет. Потом стали прицел устанавливать посередине между прежними делениями. Ещё изменили в бОльшую сторону. По центру. Навел, навел, кричу: «Нажимай!». То есть я выступал в роли наводчика,  а Гуссейн стрелял.  И снаряд долетел до того орудия. Так там взрыв такой был! Все взлетело, что там у них было. А наверху в штабе  у нас как заорали: «Ура!!!». Всё. Стрельба прекратилась. Мы вылезли, и я пошел разбираться в обстановке. Два других танка стояли где-то вообще далеко. Я спросил, кто же здесь командует? Мне ответили, что сержанта назначили пехотинца, а он сказал танки подальше спрятать. То есть, командовать они не могли.                  

Ведущий 22

То есть, нужно было, чтобы вы приехали туда за десятки километров, сели в этот танк, наводили сами, чтобы этот обстрел прекратился?  * Какая-то армия совсем  беспомощная получается была у Южного Йемена                 

Чернышев 22

Простоорганизационные вопросы решались слабо. * Потом мы вернулись к штабу, ночевать в своей палатке.  А утром к нам пришли и сказали, что Али Антар совершил удар в тыл врага. Ночью прошел со своим отрядом по обходному пути, зашел в тыл и с тыла ударил по ним. И танковую роту с собой взял. Разгромили отряд северных йеменцев, очень многих в плен взяли. Мы сразу поехали месту содержания пленных.  Их было  человек сто, наверное. Все сидели, согнувшись. Там же находились журналисты, которые рассматривали документы тех. Кто был убит, погиб в бою. *                 

Ведущий 23

В основном это были племена северные. Да?                  

Чернышев 23

Нет, это…                 

Ведущий 24

Или там были наемники?                 

Чернышев 24

Это были воины из других стран. Наёмники были. Мы даже деньги при них находили.                 

Ведущий 25

А какие были доказательства, что это были иностранные деньги?

Чернышев 25

Так на деньгах написано!                 

Ведущий 26

Что деньги саудовские?                 

Чернышев 26

Деньги Саудовской Аравии у них у всех почти были! Так что это очевидно. А дальше вот что нам пришлось увидеть. Мы двинулись вперед и увидели за большим холмом деревушку небольшую.  Несколько домов всего стояло. В этом месте, в месте холма,  был укрепленный район и наши танкисты по нему такой огонь сосредоточенный вели, когда шло наступление. Все разметали и мимо прошли, ушли дальше. И получается, что мы оказались там буквально через несколько часов после них. Правда солнце уже поднялось и пекло нещадно. Вы бы посмотрели, что там творилось…  Дома сгоревшие.Трупы, трупы кругом, уже и не понятно защитников деревни или местных жителей. Все тела раздутые от жары…  На мой взгляд, это были просто мирные сельские жители. Погибли люди просто ни за что… Посмотрели мы… Такое ужасное зрелище… Потом мы ушли оттуда, ничего уже поделать было нельзя…                 

Ведущий 27

То есть, без оружия люди, в обычной гражданской одежде?

Чернышев 27

Да, да. Всегда страдает мирное население. Оттуда вернулись и поехали уже к себе домой. Я доложил Главному военному советнику, что там и как было. Хотя перед этим там разведку вели.

Ведущий 28

Я так, понимаю, учитывая ваш рассказ о марш-броске, что вы перебросили сюда танковую роту …

Чернышев 28

По всем окраинам…

Ведущий 29

То есть, по всей северной границе, включая и границу с Саудовской Аравией и границу с Северным Йеменом, получается?         

Чернышев 29

С Северным Йеменом, это район эль-Анада, туда.                 

Ведущий 30

И с Саудовской Аравией?

Чернышев 30

Еще в район гор Хараз отправляли танки ближе к месту, где протекает  Баб-ель-Мандебский пролив. Это очень важный  участок. Мы туда перебрасывали танки, на остров Перим. *         

Ведущий 31

Нужно еще было каким-то образом обеспечить также и границу с Оманом, да?                  

Чернышев 31

Не границу с Оманом, а обеспечить безопасность Тамуда, там, где были нефтеносные районы. Бригада была поставлена специально…

Ведущий 32

Чтобы охраняли их…                 

Чернышев 32

Потому что нашли нефтеносные районы, это же центральный вопрос! И для усиления охраны танкистов туда на десантном корабле перебрасывали. *                  

Ведущий 33

Естественно, Советский Союз должен был разрабатывать эти нефтяные находки?                  

Чернышев 33

Совершенно верно.                   

Ведущий 34

А сколько танков можно поместить в такой десантный корабль?        

Чернышев 34

Мы первый раз загнали туда десять танков.                  

Ведущий 35

Десять танков это будет рота?                 

Чернышев 35

Да. Дело в том, что там уже стояло у них около пятидесяти танков Т-55.

Ведущий 36

Где там?                  

Чернышев 36

Внутри, в этом большом десантном корабле.                  

Ведущий 37

А, еще дополнительно к ним?!                 

Чернышев 37

Целый батальон там был не для этого.  Большой десантный корабльвместе с десантниками был сам по себе. Этот корабль не просто так находился недалеко от Южного Йемена! А на случай военного конфликта.                  

Ведущий 38

И это всё, чтобы охранять эти нефтеносные места?                  

Чернышев 38

Нет, десантники эти базировались в Сомали. В их задачи входило следование по маршруту от Дальнего Востока вдоль Индийского океана и до Сомали. В Сомали у нас была база морская.                  

Ведущий 39

Да.                  

Чернышев 39

Поэтому, когда возник вопрос переброски наших танков, то нам  сказали, что через пару дней подойдёт в Аденский порт большой десантный корабль. А так как там  войска свои были внутри, мы не могли перебросить весь батальон. Но и это было еще не все. Надо было изучить самое главное, как разгружать наши танки? В каком месте? И мы поехали вдоль берега моря, чтобы  посмотреть, где лучше подойти к берегу, где смогут протии танки *. И мы нашли одно такое место. Решили окончательно, что будем разгружать именно там, потому что оно было более пологим. В это время к нам подошли и сказали, что нас приглашают в гости. Оказалось, что накануне шли бои в Омане, на границе  и оттуда пришли сюда оманские повстанцы. Здесь ночевали. Узнали, что приехал по работе советский советник и попросили пригласить нас в гости.  Мы пошли к ним. Все стали с нами радостно здороваться, попросили нас сфотографироваться с ними со всеми вместе. А после к нам губернатор подошел.                 

Ведущий 40

Известно, что часть оружия, которая шла Южному Йемену, переправлялась как раз вот этим повстанцам.                 

Чернышев 40

Это запросто. Там запросто не только оружие, но могли и людей туда посылать. Там границы не существовало, условная граница была. Так вот, мы хорошо пообщались, посидели, чай попили, плов поели. С нами были и наши  вертолетчики. * Потому что обратно мы летели, в направлении Тамуда,  чтобы изучить дорогу, понять, как гнать нам танки после выгрузки четыреста километров. Выбрали сверху маршрут, вернулись из Тамуда в Мукалла, ночевали там. Но полет этот  был необычным. Дело в том, что вместе с нами полетел и губернатор какого-то племени, который пил с нами чай. Он попросился к нам в вертолет, потому что у него были дела в Тамуде.  Вертолет наш летел низко над деревеньками и поселками.  И тут этот губернатор обратился с просьбой опустить самолет еще ниже. Я спросил его, в чем дело. А он написал записку: «По нам не стреляйте. Это мы с советскими советниками летим».  И бросил записку вниз. Позаботился о нас! Хотя пока эту записку нашли бы, нас бы сто раз подстрелили! Неспокойно было там, в том районе. Постреливали.  Мы быстро после этого вверх ушли.         

Ведущий 41

Да… Секундочку…                 

Чернышев 41

Вот наивно так!                  

Ведущий 42

Да, это действительно сразу не осмыслить!                  

Чернышев 42

Вот такой анекдот, это анекдотический случай! Но был еще один эпизод чисто политический. Когда мы прилетели в Тамуд с Главным военным советником, то нас принял Губернатор, другой уже, естественно. Это была наша первая поездка по пустыне, когда мы делали разведку дороги. Губернатор принял нас в шатре, сидел с босыми ногами. Штаны такие у него были до колена, плов стоял на столе, чашки с кофе. Мы сидели на маленьких скамеечках и вели разговоры через переводчика. Пили кофе, наговорили друг другу хороших приветственных слов, то есть все шло нормально. И тут Главный военный советник, чтобы так сказать выразить хорошее отношение Советского Союза Йемену, решил рассказать этому губернатору о том, как далеко простирается это хорошее отношение СССР к его стране. Дело в том, что мы поставляли боевую технику в братские страны по-разному. Кому-то с одной оплатой, кому-то с пятидесятипроцентной оплатой, а третьим – с пятидесятипроцентной скидкой …                 

Ведущий 43

В рассрочку…        

Чернышев 43

В заём. Чтобы потом отдали долги.         

Ведущий 44

Короче, бесплатно.         

Чернышев 44

Да. а так… Когда подходило время расплаты…        

Ведущий 45

Все равно никто не отдавал, поэтому бесплатно.         

Чернышев 45

Да, когда подходило время расплаты, все переносили на следующий срок.

Ведущий 46

Или давали кредит на оплату.        

Чернышев 46

И вот пришёл срок, когда Южному Йемену за поставленную боевую технику надо было расплачиваться. У нас и так был договор на оплату  пятидесяти процентов стоимости, плюс с отсрочкой оплаты. Вот так было. А на момент нашего там пребывания СССР подписал бумаги об отсрочке оплаты. И она в дальнейшем стала практически бесплатной.        

Ведущий 47

Естественно.                  

Чернышев 47

Но тогда был только указ об отсрочке оплаты. И наш Главный военный советник гордо и радостно сообщил этому Губернатору: «Советский Союз отсрочил оплату за купленную вами боевую технику!». А губернатор сильно удивился, смотрит на нас и ничего не понимает:  «Какую оплату? Какую оплату?! У нас же мировая революция?! Мы с вами против империалистов! А еще за что-то платить надо?!». То есть, в его представлении все то, что поставлялось, все шло бесплатно внутри общего лагеря борьбы против империалистов.                  

Ведущий 48

То есть, он вообще был не в курсе, что они оказывается, еще должны и платить за оружие?                 

Чернышев 48

Да! Какой там платить, какая оплата?! Советник, конечно, тоже не ожидал такой реакции. И оба они остались в полном недоумении.

Ведущий 49

С какими чувствами вы уезжали из Йемена? Хотелось уезжать?         

Чернышев 49

Вы знаете, перед отъездом наш Командующий мне говорил: «Премьер-министр просит, чтобы вы приняли йеменское подданство».                  

Ведущий 50

Серьезно?                 

Чернышев 50

«Чтобы остались здесь насовсем». Я, конечно, отвечал, что  такое невозможно.                 

Ведущий 51

Это в шутку предложение было?                  

Чернышев 51

Он мне просто передавал слова премьер-министр. Может быть, так получилось в ходе разговора. Мол, предложи, может он у нас останется? *А с каким чувством уезжал? Вы знаете, у меня и до сегодняшнего дня тоже осталось очень хорошее впечатление, очень хорошие чувства. И службу этого периода я вспоминаю всегда с большим очень чувством. Интерес никогда не пропадал и, пожалуй, это была самая интересная часть моей долгой, долгой службы. Чуть меньше сорока лет. * Отношения были отличные. Были некоторые люди, которые не умели строить отношения, но что ж поделаешь, так ведь среди людей бывает везде. А так, в целом, замечательно. Хотя когда мы уезжали с продуктами стало трудно, очереди появились, подорожало все. Ввели пошлины в морском порту.          

Ведущий 52

То есть политические реформы, в отличие от военных реформ, провалились с треском.                 

Чернышев 52

Провалились. Почему Рубейя Али не удержался на своем посту? Потому что его реформы были крайне левого толка. Например, все кооперативы национализировали…                 

Ведущий 53

Но ведь реформы шли под покровительством Советского Союза?

Чернышев 53

Во всяком случае, всем стало жить хуже, поэтому он быстро к 78-му году авторитет потерял. Из-за этого. В этом отношении.                  

Ведущий  54

Да и это  уже отдельная тема – политическая. Спасибо вам большое  очень интересно было послушать.                   

Чернышев 54

Да, это точно отдельная тема.                 

Ведущий 55

Спасибо Евгений Владимирович большое  очень интересно было Вас послушать.                  

 

One thought on “Интервью военного советника в Южном Йемене (часть вторая)

  1. Владимир Дудченко, Восток 1973
    Очень интересный рассказ п-ка Чернышева о мало кому известных событиях, связанных с нашим пребыванием в Южном Йемене. Евгения Владимировича немного помню по Салах Эд-Дину, где я работал в военном колледже с 1973 года, а он – в танковом учебном центре. Кстати, кому интересно, может прочитать мемуары Чернышева на его разделе сайта http://artofwar.ru/c/chernyshew_e_w/text_0020.shtml Боевой офицер, танкист от бога, побывавший в горячих точках, включая Афганистан, до сих пор собирающий информацию об участниках БД и публикующий её на своей страничке сайта.
    А Южный Йемен, где мы оказались вскоре после ухода англичан – это особая и незабываемая история… Конечно же Евгений Владимирович, будучи в то время ст. военным советником командующего бронетанковыми войсками НДРЙ, в своих воспоминаниях, естественно, акцентировался на своей работе, но и по отступлениям от нее, с подачи ведущего, можно было понять о тогдашней политической ситуации в Ю.Йемене, борьбе за власть, непростых отношениях с Советским Союзом. Между прочим, тогда, в начале 70-х в руководстве страны на полном серьезе рассматривалось предложение о присоединении Ю.Йемена к СССР в качестве союзной республики.

    Спасибо обоим Евгениям, Чернышеву и Логинову за это интервью. А его расшифровка на русский язык, думаю, расширит аудиторию людей, интересующихся историей наших военных отношений со странами Арабского Востока.
    Владимир Дудченко (В-73)

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.