Владимир Княжев, В-74. Небесный вагон. Рассказ.

rnyazh

Представляем рассказ нашего очевидца о событиях в Йемене.
Бородатый юнец, одетый в щеголеватую форму английского летчика, обратился ко мне просто: «Ты кто?» Через тридцать минут нам предстоял полет на его квадратной посудине: по-английски ее название звучало очень романтично – «скай вэген».
По-русски тоже ничего – «небесный вагон». Командующий ВВС Йемена и его русский советник решили посмотреть, как идет строительство полевого аэродрома на границе с Саудовской Аравией.
Саудовцы грозили Йемену войной за то, что американская нефтяная компания пробурила наклонно-направленную скважину и качала нефть из залежи, границы которой простирались вглубь Саудовских песков.

Поскольку советские истребители-бомбардировщики стали их собственностью, йеменцы не собирались координировать свои действия с советским посольством и Главным военным советником, тем более, что он особым авторитетом у них и не пользовался – маленький пузатый генерал отпугивал их своей самонадеянностью.
О вылете нам сообщили неожиданно. Я в тот момент пил чай в комнатушке, которую занимал советник командира эскадрильи СУ-7Б, базировавшейся на гражданско-военном аэродроме столицы Йемена – городе Сана.
Кроме наших самолетов с него регулярно взлетали американские Фантомы и Саудовские транспортники американского производства.
Советские «Аны» и американские С-130 тоже присутствовали – т.е. базировались на аэродроме, очень походившем на этакий маленький террариум, расположенный на большой высоте – 2 375 м. над уровнем моря. Британцы явно скромничали – может деньги экономили – но их единственный самолетик был личным воздушным транспортным средством командующего ВВС Йемена. О том, что мы куда-то летим, летчик этого летающего вагончика, похоже, не знал. Секретарь командующего позвонил мне и сказал: «Фладимир, коли ты там, рядом, сходи на стоянку, пусть запускает. Мы скоро подъедем».
Спустя сорок минут две машины вылетели через всю взлетную полосу к ангару, рядом с которым чудо британской техники журчало своим мотором. Но до того как летчик оказался в кабине, мы успели с ним побеседовать.
Молодой бородач лежал, прислонившись к шасси своего «вагона», и слушал радио – мелодичный голос, сообщал ему на его родном языке, под очень заводную музыку, о том, что день – солнечный. Так оно и было. Когда он понял, что перед ним стоит «коммунист» из Советского Союза и нагло требует готовить самолет к вылету, он потерял дар речи.
Очень скоро он его опять обрел, и мы стали мирно беседовать, как только он понял, что я всего лишь озвучил приказ командующего ВВС.
Минут через десять он уставился на меня и спросил: «А почему у тебя такое чистое произношение? У нас в Англии родной язык коверкают все, кому не лень». Тут уже я, преисполненный удивления и гордости, после некоторого замешательства, говорю ему: «Скажи спасибо тем, кто меня учил твоему языку – т.е. моим учителям в школе».
Мое удивление было искренним, поскольку арабский язык уже вытеснил, как мне казалось, мой английский.
Ему меня учили много лет назад, в суворовском военном училище на Дальнем Востоке, муж и жена – Валентин и Валентина.
Два автоматчика заняли позиции около ангара. Командующий и его советник проследовали к самолету.
Вырулив на взлетную полосу, мы стояли минут пять, дожидаясь посадки гражданского лайнера.
Когда летчик получил разрешение на взлет, мы не слышали – кабину от нас отделяла плотная дверь.
В летающей картонной коробке я оказался впервые. Сразу после взлета пришлось поднапрячься – в салоне было довольно шумно – слева и справа гудели винты. Поэтому разговаривали громко, но не так как в вертолете – там надо было орать, чтоб тебя услышали. А тут беседа текла в нормальном режиме. Мы летели вдоль побережья Красного моря к границе с Саудовской Аравией. Светиться на их радарах у нас не было никакого желания, поэтому высота полета была минимальной. Обсудив технические вопросы, касавшиеся создания аэродрома подскока, мы, на несколько минут, отвлеклись от служебных тем, так как командующий указал пальцем в иллюминатор и сказал:
«Вы такого никогда не видели!» Внизу на фоне желтого песка и абсолютно прозрачной воды мы, опустив головы, узрели два черных огромных силуэта. Это были акулы. Влюбленная пара – ничего другого на ум не приходило.
Размером с подводную лодку, акулы двигались в замедленном танце. Я бы и дальше любовался этим зрелищем, но несколько капель какой-то вонючей жидкости упали мне на щеку. Подняв глаза, я увидел, что надо мной таких капель скопилось довольно много. Повернув голову к противоположному иллюминатору, я понял, откуда они появились. Винт забрасывал на корпус самолета струи керосина, вылетавшие из левого двигателя. Открылась дверца кабины пилота – молодой бородач скомандовал: «Не курить!» Русский советник был настоящим летчиком – он не курил. Мне курить тоже не хотелось. Командующий переложил пачку «Росманс» из одного кармана в другой и сообщил нам: «Не пугайтесь. Скоро сядем». Оказалось, что британцы давно предлагали произвести ремонт своего «небесного вагона», вот только денег у командующего на это мероприятие не было. Незапланированный ремонт задержал нас на пару часов. За это время мы успели осмотреть укрытия для самолетов и личного состава, выпить по три кружки чая и выслушать рассказ командующего про то, как во времена Османской империи турки решили оккупировать Йемен.
Их войска заняли столицу и окружавшие ее селения без боя. Никакого сопротивления им не оказывали – мужчины ушли в недоступные горы и оттуда нападали на караваны. В самой столице никто не сотрудничал с оккупантами.
Большинство жителей, в основном женщины и дети, просто исчезали с улиц города и прятались в бесконечных лабиринтах, вырытых в горах, окружавших город.
Если турецкие солдаты заходили в дом и пытались забрать не успевшую убежать девушку или женщину – они убивали себя на месте – у каждой на поясе висел кривой нож – джамбия. В городе не было ни еды, ни воды в количестве, необходимом для оккупантов. В один прекрасный день они собрались и ушли. Горячие турецкие воины не смогли выдержать столь долгого воздержания. Сейчас американцы говорят о том, что йеменское подразделение
Аль-Каиды – самое фанатичное. В американских университетах наверняка найдутся профессора, которые смогут сообщить нынешним политикам о причинах побед и поражений Османской империи в этом регионе. Из-за англичанина командующий говорил по-английски.
Летное училище он заканчивал в Англии. Потом учился в Пакистане. Завоевать его доверие и уважение, нам, советским специалистам, было не простым делом. Кроме нас в штабе ВВС обосновались саудовцы, американцы, немцы, австрийцы. Обратно в Сану мы долетели без приключений и без керосинового душа. Однако командующий сигарету не прикуривал. Просто держал ее в руке. На этот раз мы летели над сушей. Склоны гор были покрыты насыпными уступами – террасное земледелие. Когда-то Йемен славился своими кофейными плантациями.
Какой-то иностранный «диверсант», прибывший из Латинской Америки, приучил их жевать кат – листья этого растения содержат наркотический сок. Кофейные деревья вырубили и вместо них посадили кат.
Но пространство зеленело не везде – наоборот, большая его часть была покрыта черными и серо-коричневыми хребтами. Командующий сообщил: «Это во времена царицы Савской, когда на территории древнего Йемена действовала гигантская плотина, плодородных земель было много. Вода конденсировалась на идеально отшлифованных горных откосах и собиралась этой высоченной плотиной. В легенде говорится, что плотину проели мыши. И Царство погибло». – Вы в это верите? – спросил я командующего.
– Смотрите, какие древние горы, – вместо ответа сказал он, повернувшись к иллюминатору.
– Инопланетный мир, – подумал я. Его советник молча кивал головой. И в прошлом и в настоящем желающих вмешаться в жизнь обитателей этого мира было предостаточно. Американцы начали со строительства двух отелей: Шератон и Холидей Инн. У них сеть отелей всегда была еще и разведывательной сетью. В восьмидесятые в двух больших военных городках – советском и американском – кипела жизнь. Сделав положенный маневр, мы зашли на посадку. С англичанином я подружился, но через месяц его «небесный вагон» отправили на ремонт. Больше я его не видел. Командующего ушли в отставку. Вместо него пришел младший брат ныне опального президента Салеха.
Кому-то не понравилось, что русские обрели влияние и авторитет в таком важном виде вооруженных сил – ВВС.
Американский майор, командир эскадрильи Ф-5, обходил нас стороной, так как всякий раз ему нечего было сказать на наше предложение провести показательные совместные полеты или учения:
«Давай полетаем: твои Фантомы и мои Сухие – против Мигов!» – предлагал советник командующего. Американец вежливо отнекивался и бежал звонить в посольство. Перестройка в Советском Союзе шла полным ходом, но брататься с русскими никто не собирался. Молодой командующий выстроит новое здание штаба ВВС и новые отношения с теми странами, чья боевая техника еще будет в состоянии подниматься в воздух без запчастей и капремонта, за которые объединенному Йемену еще долгое время будет нечем платить.
В 1983 году в центре столицы на площади при большом стечении народа пойманному вору отрубили руку. Саблей.
Я, жена и дочь в этот момент шли мимо, ни о чем не подозревая. Для йеменцев все происходящее было обычным делом. В 1998 году я увидел толпы людей на хорошо знакомой мне площади. – Неужели опять кого-то казнят? – спросил я рядом стоящего йеменца. Тот с удивлением уставился на меня и молвил: «Дядя, ты, что с Луны свалился? Сегодня ж праздник!» Однако в 2011 году та же площадь уже не праздновала, а бунтовала.
Выросло поколение, которое жевало гамбургеры и не желало сосать сок из зеленых листьев, отрывая их от веток, валявшихся на грязном полу. Наркотики пришли к ним из Афганистана в цивилизованной упаковке.
Вот только денег на их покупку хватало не всегда. А хотелось.
P.S. В русском языке слово «любимый» встречается в сотне, если не в тысяче словосочетаний: – любимая книга, любимая женщина – но ни одно из них не несет столь мощного эмоционального заряда, остающегося на всю жизнь, как сочетание слов «любимый учитель». Их у меня было двое.
Москва
март 2012

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.