Виктор Якушев, В-74. Мы – переводчики с Нила и с Волги

К 39-ой годовщине Октябрьской войны.
Памяти Александра Игнатьева, Сергея Подоляко, Владимира Табакова, Игоря Тимофеева, Александра Удама и многих других военных и гражданских переводчиков, готовивших последнюю победу советского оружия в ХХ веке, посвящается.
От автора: Вторая (египетская) глава “Записок военного переводчика” далась мне с большим трудом: очень уж нелегко оказалось найти нужную тональность. Хотелось быть серьезным, но не занудным, что в мемуарах слишком часто бывает, веселым, но не разнузданным, а вот это опасность номер два. Так случилось, что в последнее время через мои руки прошла масса материалов о ближневосточных конфликтах. Авторы военные – участники событий и наши, и египтяне, и израильтяне, точки зрения самые разные и ракурсы самые неожиданные. Очень хотелось взглянуть на те дни по-новому, с учетом всего, что открылось мне только сейчас. Сделать это оперативно не давал только недостаток времени, т.к. приходится много работать на основной работе, которая и у русских, и у арабов называется просто “кусок хлеба”.

А самое главное было очень трудно убедить себя, что все это кто-то прочтет и поймет.
И дело не в том, что раньше об участии в боевых действиях на территориях других стран говорить запрещали “особисты”, виияковцам, например, никто этого не запрещал. Просто это было не принято и все. Почему наше общество не знало, не хотело знать об этом и не желает знать до сих пор, отдельный и большой вопрос. Мы в свое время как-то интуитивно чувствовали, что ничем хорошим это не обернется.
Что бы было понятно, откуда шло такое чувство, приведу пару-тройку примеров.
Медали и ордена за египетскую командировку нам вручали на аэродроме Каиро-Вест прямо из мешка, который стоял на взлетной полосе и делалось это так второпях и так формально, что невольно возникало чувство, что это была просто попытка командования как-то подсластить пилюлю, связанную с выдворением нас из страны по внезапной прихоти тогдашнего президента Анвара Садата.
Когда же наш курс впервые в полном составе собрался для продолжения учебы в ВИИЯ 1 сентября 1973 г., первое, что сделал замполит нашего факультета, потребовал, чтобы написали рапорта все, кто купил машины (таких, кстати, из 100 человек было один или двое), а на ропот протеста тут же раздался его истерический крик: “Знаю я, как вы там кровь мешками проливали”. Честное слово, мы были готовы под землю провалится от стыда за его поведение, ведь это был один из наших командиров, который знал нас с первого курса, т.е. уже целых шесть лет.
Нечего удивляться, что когда “афганцы”, вернувшиеся со своей войны, слышали здесь от кадровиков: “Я вас туда не посылал”, это было всего лишь логическое продолжение прежней волны зависти и злобы со стороны тех, из них, кто сидел в Союзе и считал, что его обделили наградами и званиями.
Да, в каком-то только уголке Земли не выполняли свой “интернациональный долг” советские солдаты и офицеры после войны: Корея, Вьетнам, Ближний Восток (Египет, Йемен, Сирия, Ливан), Африка (Алжир, Ангола, Мозамбик, Сомали, Эфиопия), Куба, Никарагуа и, наконец, Афганистан, вот далеко не полный список.
Только проходили эти события так, как будто их и не было вовсе. За все эти годы только одних участников боев с китайцами за остров Даманский приравняли к ветеранам Великой Отечественной. Об остальных вспомнили только после вывода наших войск из Афганистана, да и то чисто формально.
Сколько сменилось организаций и их руководителей, якобы защищавших интересы участников боевых действий на территории других государств, а потом и в “горячих точках”, а ничего действительно стоящего для тех, кто честно выполнял свой воинский долг, они до сих пор так и не сделали, а все потому, что нашему обществу в целом по-прежнему наплевать на этих людей.
И от того, что в 2011 году вместо “Дня памяти воинов-интернационалистов” впервые официально отмечался “День памяти о россиянах, исполнявших служебный долг за пределами Отечества” по сути ничего не изменилось.
Истоки этого, увы, в советском прошлом. Мой отчим воевал после войны в Прибалтике с “зелеными братьями”, отец моего виияковского друга Володи Гузенко (мы с ним были вместе в Йемене и Египте) летчик военно-транспортной авиации погиб в Корее, а что мы об этом знали? Практически ничего. И у тех, кто вернулся с этих больших или меньших по масштабам войн не было ни то, что льгот и привилегий, но даже элементарного признания важности и почетности их ратного труда.
Без этого общественного признания и служба в армии, и офицерская профессия в глазах большинства потеряли всякий ореол романтики и героизма и превратились в удел недалеких людей, не нашедших себе места в гражданской жизни.
А ведь признание заслуг ветеранов в самой разной форме многим из них прибавило бы здоровья и продлило бы жизнь, да и для молодежи они многое могли бы сделать, будь уважение к ним составной частью достойного отношения к старшим в нашем обществе.

У Пушкина есть прекрасные слова:

Пока свободою горим,
Пока сердца для чести живы,
Мой друг, отчизне посвятим
Души прекрасные порывы!

И ключевое слово здесь именно “пока”, чувства эти надо воспитывать чуть ли не с пеленок, иначе будет слишком поздно…
источник: artofwar: http://artofwar.ru/j/jakushew_w_g/text_0020.shtml

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.