Станет ли Иран участником антитеррористической коалиции?

Безо всякого преувеличения можно сказать, что основная интрига американо-иранских отношений в последние месяцы разворачивается вокруг вопроса о том, примет ли Тегеран участие в создаваемой Соединенными Штатами антитеррористической коалиции, уже заслужившей ироническое название «коалицией кающихся». Поток противоречивых слухов и сплетен в западных масс-медиа, возникающих всякий раз после высказываний на эту тему кого-либо из иранского руководства, показывает, что Белый дом крайне заинтересован в том, чтобы − хоть прямо, хоть косвенно – втянуть Тегеран в свою авантюру. Столь же заметно, что, вопреки намекам Вашингтона на некие благоприятные для Ирана последствия такого шага в будущем, Тегеран совершенно не намерен таскать для Белого дома каштаны из огня пожара, разгоревшегося на Ближнем Востоке. Начиная с 8-го августа нынешнего года, Соединенные Штаты совместно со своими ближневосточными союзниками по коалиции из числа монархий Персидского залива совершили 304 авианалета на позиции боевиков «Исламского государства» в Ираке, а с 23-го сентября – 118 авиаударов по сирийской территории. Словом, у администрации Обамы было достаточно времени и разведывательных отчетов по результатам бомбардировок, чтобы понять ту простую истину, которая для любого здравомыслящего наблюдателя была очевидна с самого начала, что никакие авиаудары решить проблему с халифатом исламистов не в состоянии. И то, что к воздушной операции США и монархий Залива присоединились французские и британские ВВС, более успешной ее не сделает.

Собственно, произошло то, о чем во время своего сентябрьского визита в Нью-Йорк предупреждал международное сообщество глава иранского МИДа Джавад Зариф, заявивший тогда о серьезных сомнениях Тегерана в «готовности и способности США адекватно отреагировать» на исходящие от боевиков халифата угрозы, поскольку «это очень мобильная организация» и одними бомбардировками здесь ничего не решить.

Администрация Обамы за последние два месяца трижды предпринимала попытки через своих официальных представителей «заинтересовать» Тегеран участием в операции против «Исламского государства», через госсекретаря Керри, посла США в Багдаде и американских представителей на переговорах по иранской ядерной программе, и трижды получала достаточно жесткий отказ. Как сказал духовный лидер Ирана Али Хаменеи: «Мы ответили нет потому, что у них грязные руки», а чуть позже Джавад Зариф без обиняков и достаточно эмоционально растолковал, что это выражение означает: «Террористы пришли не из Ирана, а из стран, которые сидели за столом конференции в Париже… Большинство участников «коалиции кающихся» в той или иной мере участвовали в процессе создания и поддержки ИГИЛ, создавая этого Франкенштейна, который сейчас начал преследовать своих создателей».

После столь жестких оценок слухи и сплетни в СМИ о возможном участии Ирана в «антитеррористической коалиции 2.0» (первая, как помнит читатель, была создана США после событий 11 сентября 2001 года) следует воспринимать или как дезинформацию, или как способ пропагандистского давления на Тегеран. И уж с откровенной брезгливостью стоит воспринимать подленькие советы ряда зарубежных и отечественных «экспертов», рекомендующих и Тегерану, и Москве поучаствовать в этой «коалиции кающихся», заслужив таким образом благосклонность Вашингтона и возможность (подчеркиваем – только лишь возможность) смягчения его откровенно антироссийской и антииранской политики. Эти «советчики» то ли в силу своей некомпетентности, то ли отрабатывая политический заказ, замалчивают главное: стержнем или, если угодно, мотором «коалиции кающихся» является дуэт американских «ястребов»-республиканцев, военно-промышленного комплекса, разведки и Пентагона и Эр-Рияда. То есть глубоко враждебных и России, и Ирану сил, конечные цели которых ничего общего с интересами Москвы и Тегерана не имеют.

Корыстная партия саудитов

Официальные представители королевского дома Саудитов, от министра иностранных дел до министра дел внутренних, в последние месяцы сделали немало заявлений о своей готовности решительно бороться с «экстремизмом» и «исламским государством», который, по их словам, «никакого отношения к Исламу не имеет». Но эти громкие заявления имеют очень мало общего с той беспрецедентной и массовой поддержкой, которую «Исламское Государство» «халифа» аль-Багдади имеет и среди саудитов, и среди кувейтцев, и среди населения других стран-членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), включая Иорданию.

В июле 2014 года, еще до начала американских воздушных ударов по позициям боевиков халифата, опрос, проведенный влиятельным панарабским изданием «Аль-Хайят», показал, что 92% (девяносто два!) граждан Саудовской Аравии считали, что деятельность ИГ «соответствует исламским ценностям и нормам исламского права». Объявленный в Кувейте «благотворительный марафон по сбору средств для джихада в Сирии» за пять дней принес 14 миллионов (!) долларов наличными. Сотни молодых иорданцев и выходцев из других монархий «едут на джихад», вступают в ряды боевиков халифата, совершенно не обращая внимание на призывы официальной пропаганды своих стран и угрозы властей тюремными сроками для джихадистов.

Для Эр-Рияда халифат аль-Багдади – в первую очередь конкурент за влияние среди суннитов, война «Исламского Королевства» с «Исламским Государством» – это отнюдь не «война с террором», а ожесточенная борьба за власть, ставка в которой – физическое выживание монархии.

Династия рассчитывает, что чужими руками, руками египетских военных, светских властей Ливана, суннитских общин Ирака и так далее, да еще и при военной поддержке США и его союзников по НАТО, ей удастся «зачистить» конкурентов в лице джихадистов и таким образом вернуть свое влияние и авторитет среди суннитов. Именно поэтому в рамках «антитеррористического» соглашения с США, которое было заключено в ходе визита Джона Керри 11 сентября нынешнего года в Джидду, саудиты настояли на том, что «работа с суннитскими общинами на всем Ближнем и Среднем Востоке», работа, включающая в себя формирование и финансирование вооруженных отрядов для борьбы с халифатом, будет исключительно прерогативой Эр-Рияда. И именно он, а не Вашингтон, будет определять, кого включать в список «союзников в борьбе с террористами», а кого, соответственно, в эти террористы записывать.

По сути, «продавив» это решение, саудиты застраховали себя на случай, если администрация Обамы опять начнет «лгать и запутывать», высказывать опасения по поводу «экстремизма» некоторых «борцов с кровавым режимом Башара Асада», которым сегодня представители саудовских спецслужб срочно меняют ориентацию, делая из них «борцов с террором». Поскольку, и это вторая часть соглашения Вашингтона с Эр-Риядом, следующим этапом «антитеррористической операции» должно стать свержение Башара Асада, цель, от которой саудиты не намерены отказываться ни при каких обстоятельствах, поскольку это будет сокрушительным ударом по позициям Ирана в регионе, фактическая победа в «холодной войне» между Королевством и Исламской республикой, идущей уже 35 лет.

Партия саудитов и конечные цели, к которым стремится Эр-Рияд, участвуя в «коалиции кающихся», особого секрета для иранского руководства не представляет. Для Тегерана участвовать в этом саудовском сценарии означает добровольно рыть для себя могилу, причем своею же лопатой. Нужно ли это Ирану, согласен ли он на это? Вопрос, думается, риторический.

Новый праздник американского ВПК – «день Антитеррора»

Деньги – это кровь любой войны и, одновременно, прекрасная смазка для политических механизмов, принимающих решение о ее начале. Когда на пресс-конференции 26 сентября министр обороны США Чак Хейгел заявил о том, что «при продолжении операций [против ИГИЛ – ред. Iran.ru] нам понадобится от конгресса дополнительное финансирование. И сейчас мы работаем с соответствующими комитетами, обдумывая вопрос о том, как добиться утверждения ассигнований и финансирования»,лоббисты американского ВПК поняли, что для них наступил праздник. О сокращении бюджетной заявки Пентагона на 2015 финансовый год, особенно в таких «вкусных» для ВПК ее частях как «закупки вооружения и военной техники» и «материально-техническое обеспечение войск», которые регулярно сокращались с 2009 года, речи теперь не идет.

Уже через три дня после ракетных ударов по позициям боевиков халифата на севере Сирии Пентагон подписал с фирмой-производителем контракт на 251 миллион долларов о закупке дополнительных ракет «Томагавк». Компания «Боинг» готовится к всплеску продаж хвостовых комплексов для авиабомб, установка которых делает их управляемыми – 25 тысяч долларов за комплект, и уже оформляющие заказы на новые поставки представители Пентагона, Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, Кувейта, Катара и Бахрейна.

По оценкам американских аналитиков, воздушная война против халифата, а также снабжение принимающих в ней участие европейских и арабских союзников США, уже обошлась почти в один миллиард долларов, а дальше расходов будет еще больше – по прогнозу американского Центра стратегических и бюджетных оценок от 2,4 до 3,8 миллиардов долларов. Праздничное настроение охватило и Уолл-стрит, поскольку, по сообщениям прессы, акции крупных военных подрядчиков, таких как Raytheon, Lockheed Martin, Northrop Grumman и General Dynamics, поднялись почти до рекордной отметки, обогнав котировки 500 крупнейших корпораций из индекса Standard & Poor’s.

Действия «антитеррористической коалиции» − настоящий праздник для военных подрядчиков, корпораций и лоббистов. Но Иран на этом празднике явно чужой. Ему компенсируют затраты на ведение боевых действий? Конечно же нет, поскольку он находится под действием санкций. С него снимут санкции за участие в коалиции? Опять нет, речь об этом даже не идет, поскольку тот же Керри ясно дал понять, что «участие Ирана в операциях против «Исламского Государства» никак не связано с переговорами по его ядерной программе». Единственное, что готов пообещать Вашингтон в случае участия Ирана – это «учесть его ответственную позицию в дальнейшем». То есть абсолютно ничего. Словом, Тегерану предлагают совершенно бесплатно и исключительно за свой счет «поработать» на Вашингтон и Эр-Рияд, «сдать» Асада и «вляпаться» в новый виток суннито-шиитского противостояния. И нужно быть уже совсем «продвинутым экспертом», чтобы всерьез говорить, что Ирану это выгодно и он, Иран, должен на это согласиться.

*******

Собственно, Тегеран и Москва – далеко не единственные, кто не намерен поддерживать «антитеррористические» планы США на Ближнем Востоке. В 2001 году в создаваемую Вашингтоном коалицию по борьбе с международным терроризмом вступило около 90 государств. Прошло 13 лет, и в «антитеррористической коалиции 2.0» выразили желание участвовать в половину меньшее количество стран, причем большинство из них стремится ограничиться «моральной поддержкой». Афганистан, Ирак, Ливия, «арабская весна» и «исламистская осень» научили мир понимать истинное значение «борьбы с террором» и прочих словесных оборотов, которые бесперебойно и в больших количествах производит Белый дом и «фабрика Псаки-Керри» − американский Госдепартамент. Тегеран сегодня – на переднем крае реальной борьбы с экстремизмом и террором, он готов продолжать эту борьбу в тесном сотрудничестве с Москвой, Пекином, другими странами, но только не с «коалицией кающихся». Как видим, для такой позиции у него есть все основания. Источник: iran.ru 06 октября 2014