Спецкор в Афганистане. По ту сторону джихада.

Представляем рассказ нашего специального корреспондента в Афганистане. В день военной разведки он отправился в Герат, чтобы предаться воспоминаниям о днях минувших. Он посетил музей джихада, открытый в Герате. Предлагаем его рассказ в нескольких частях. Добавлено продолжение первой части.

Часть первая. 5 ноября.

Прилетаем в Герат авиакомпанией «Kam Air», девушки-стюардессы из Киргизии пытаются приветствовать меня по-английски, но смущаются, расплываются в улыбке, не выдержав мое обезоруживающее: да ладно, девушки, та шо вы кажете! Будьте попроще, и народ к вам потянется! Нас, по предварительной договорённости, встречает Абдул Вахаб Катали, бывший полевой командир во время джихада, а ныне человек, занимающий одно из самых высоких мест в местной властной и невластной иерархии. Погода стоит чудесная, - теплее, чем в Кабуле, около 20 тепла. Садимся в его бронированный «Лексус» и мчимся в город. Проезжаем реку Герируд, - она высохшая, как и Кабул, - еле-еле ленточка воды тянется. Зато мост через неё более-менее широкий и, по афганским меркам, длинный, - где-то около 600 метров (построили индусы). Герат, несмотря на меньшие, чем Кабул, размеры, выглядит чище и опрятнее. Впереди Иде Курбан, - на улицах города обречённо толкутся бараны, предназначенные для жертвоприношения. Останавливаемся сначала в четырёхзвёздном отеле Назари (вполне европейского вида с all included), потом едем в резиденцию агайе Катали, - Баге Мелли. Мой натренированный глаз успевает по пути замечать турецко-афганскую высшую школу, консульство Ирана, Индии…Баге Мелли представляет собой место отдыха гератской знати: 3-этажный великолепный ресторан, большущий сад, бассейн, зоопарк, цветочная теплица. Располагаемся в саду, столиков со стульями, конечно, нет, зато можно, сложив ноги по-турецки, усесться на ковре, опёршись на подушку. Бачата приносят фрукты, чай, местные ширини и орехи: песте, джаргузе, бадам, тохме каду, чар магз, кешмиш. Завязывается разговор. Гератский диалект даёт о себе знать, сплошные: хуб е, баше, четор и? кебрит, фандак и т.д.

- Мы воевали здесь 14 лет непрерывно, - рассказывает агайе Катали, - сначала против правительственных войск, потом против шоурави, потом против талибан. Непосредственным толчком или, можно сказать, началом джихада послужило восстание 15 марта 1979г. Коммунисты сделали большую ошибку: они за год хотели (я вспоминаю мои разговоры в Ташкенте летом 1979г. с афганцами и их обещания, - приезжайте к нам через год в Афганистан, и вы увидите, какая у нас клёвая жизнь будет!) поменять жизнь народа, отобрать у одних имущество и раздать другим. Вот там, - показывает на восток Катали, - находится Ноуабад, там стояла 17 дивизия правительственных войск. На территории дивизии было здание Хада, ночью там расстреливали людей сотнями и хоронили тут же в траншею, закатывая могилу гусеничным трактором. Убивали мулл, землевладельцев, всех несогласных. Кто это всё выдержит, - если убивают твоего отца, брата, дядю? (а я кручу себе в мозгах: а! это было то время, когда Тараки звонил Косыгину и просил помочь! Когда мой друг служил там…)

Вот мы едем по этой дороге (а дорога-то узкая, типа: городская черта), - справа были мы, моджахеды, слева они, доулати. Мы ночью подходили к постам, давали чарс, а потом через полчаса свободно переходили дорогу. - рассказывает агайе Катали.

- Вы видите, что осталось здесь после бомбардировок советской авиации, -показывая развалины былых жилищ, рассказывает агайе Катали, водя нас по его родному кишлаку Кабарзану, километров 10-15 на юго-запад от Герата. Все люди отсюда уехали, - кто куда, но большинство уехало в Иран. Тут до Ирана неделю хода пешком. На машине – час езды. Многие дома стоят бесхозные, люди или умерли, или уже никогда сюда не вернутся…(А я только успеваю щелкать фотоаппаратом). Нас было в Кабарзане 8 человек моджахедов, и мы всё это время сражались против шоурави. Шоурави бомбили наши кишлаки с утра до вечера. Мы в основном передвигались на ишаках и велосипедах, потому что если поедешь на машине, то тут же станешь мишенью авиации.

- В нашем кишлаке было около 2 тыс жителей, за годы войны погибло 570 человек. Из многих семей осталось только по одному человеку. Например, у моего соседа. Когда началась бомбёжка, семья из 7 человек спустилась в подвал, а жена и говорит ему: ты сходи, принеси мне чадру. Он вышел, а в это время бомба накрыла дом. Он похоронил их в общую могилу; сходил на речку, набрал в полу голышей, клал их на могилу и приговаривал: Ахмад, - это ты, Зарина, - это ты (я в голове проводил параллели: у нас в стране не было семьи, которая не потеряла бы человека во время Великой отечественной; у них наоборот, во многих семьях оставались по одному)…

Большинство из тех, кого мы встречали, жили по 10-20 лет в Иране. В доме Катали, куда мы переехали после отеля (чтобы сэкономить деньги), поваром был мужчина лет 40. Он рассказывал, что находился с отцом в дукане, когда подошли шоурави и открыли стрельбу. Отец прикрыл его своим телом и спас его, а сам погиб. Мальчика увезли в Иран, он там вырос, закончил Тегеранский университет по части радио и телекоммуникаций, но, вернувшись на родину, вынужден работать поваром, так как работы по специальности нет. Узнав, что мы из России, он сказал: мы сидим за одним столом, как волк с ягнёнком.

Но, тем не менее, отношение к нам дружелюбное, великодушное. Водя нас по кишлаку, агайе Катали восклицает: вот, смотрите, вы пришли сюда с миром, с добрым словом, вас двое, и вы «захватили» Кабарзан, а Советская Армия силами до 120 тыс человек с танками и самолётами, так и не смогла нас завоевать, хотя мы и воевали-то всего 8 человек! Так и передайте туда, в Россию!

В Иде Курбан у афганцев принято ходить в гости друг к другу. Естественно, гостей принимают в мужской половине, женщин нигде не видно, ни в доме, ни на улице. Мы ходили с агайе Катали по Кабарзану к его родственникам и друзьям из дома в дом, он нас представлял и, хоть все они были бывшими моджахедами, мы не почувствовали ни ненависти, ни злости. Только глаза Катали слезились, когда он говорил о войне. И тут к нам заходит бородатый мужчина лет чуть более 50, и по тому, как они тепло обнимаются с Катали, я чувствую, что это – не простой гость. И вправду, агайе Ф. – профессор богословия Гератского университета, бывший командир моджахедов. Узнав, что мы из России, он возбуждается, и первые слова, которые он произнёс, улыбаясь, были: а, так вы - русские! Ну и здорово же мы провоевали против вас!

- Нас было 7 человек, - рассказывает свои злоключения агайе Ф., однажды мы устроили засаду против колоны шоурави. Мы воевали с 9 утра до полудня. За это время мы не потеряли ни одного убитого, зато сожгли 4 танка шоурави. Они, наверное, думали, что нас сотня человек, а нас всего-то было 7 моджахедов! Мы знали самого главного советника шоурави здесь, - это был генерал Кебаль. Воевать он умел, все мождахеды о нём знали! (Кто такой генерал Кебаль – я не знаю; наверняка они по фонетическим причинам исковеркали его фамилию). И знаете, почему мы выдержали такой тяжёлый бой? Потому что всевышний (у, ке чарх-е ин дунийя ра мичархонад) был с нами. Вот тут вокруг улусвали Инджиль с кишлаками: Исламали, Талаб (место, где постоянно находился Исмаил Хан), Бадар, Джагартан, Дарбанд, Канагульахмад, Маладан (прошу извинения, если я что-то неправильно воспроизвёл; у меня же под рукой нет карты!). У шоурави недалеко отсюда, в Мирдауде стояла целая ферка (дивизия), а взять нас силой они так и не смогли!

Кроме того, что агайе Катали личный друг Исмаил Хана, нынешнего министра энергетики и водных ресурсов Афганистана, он – богатый человек и хозяин нескольких ЧОПов (частных охранных предприятий), численность бойцов которых превышает 2 тыс человек. Его бойцы в основном сопровождают транспортные колоны с дизтопливом, идущим из Туркмении. Эти колоны следуют потом на восток, в Бадгис, на юг, - до Фараха, Лашкаргаха, Гиришка, Кандагара.

Едем в Мирдауд, место, где когда-то, по словам Катали, располагались советские войска, в распоряжение его ЧОПа. Как можно его описать? Обычная воинская часть (скажем, усиленный мотострелковый батальон) в афганских условиях, - с КПП, с караульной службой, с часовыми на вышках. Катали ничего не утаивает от нас и водит нас на экскурсию по всем закоулкам (у нас бы сразу зашикали: низзззззя!!! А тут – ходи куда хочешь и фотографируй что хочешь!): вот здесь у нас штаб, здесь - караульное помещение, здесь – склад боеприпасов, здесь – оружейная комната, здесь убежище от артобстрела. Военный городок сколочен по всем правилам, - с медпунктом, столовой, баней, плацем, боевым полигоном, стрельбищем. Оборудован в инженерном отношении, - кругом колючая проволока, почти по всему периметру вырыты траншеи в человеческий рост. Бойцы хоть и не в униформе, но порядок знают: по нашему приезду тут же, без команды, построились в длиннющие 2 шеренги.

Такая же картина царит и в Шидаи, на востоке от Герата, по направлению на Бадгис: обустроенный военный гарнизон, функционирующий по всем правилам, - с дежурными по КПП и по части, с караульными на вышках. Мы привезли, также как и в Мирдауд, барана к празднику. Тут же, пока мы пьём чай, бойцы принялись его разделывать. Плов будет отменный, - на весь гарнизон. Здесь формируются сопровождение и охрана колонн, ведущих грузы на восток страны. Агайе Катали и здесь встречают как родного отца: здороваясь, приближенные целуют ему руку. Здесь так принято: это – знак особого уважения. Садимся за чай, и вдруг бородатый такой бывший моджахед радостно машет мне рукой: Кумандан саеб, ма шома ра шенахтам! (командир, я узнал вас!). Пришлось извиниться, и сказать, что я, хоть и ношу седую бороду, - русский, а не афганец, и нахожусь в Афгане первый раз, поэтому может быть, мой друг немножко ошибается…

На следующий день следуем в музей джихада. Музей занимает огромное живописное место. Он представляет собой 2-этажное круглое здание, полностью отделанное снаружи белым мрамором. Мемориальные доски на стенах рассказывают об истории джихада, об основателе музея – Исмаил Хане, имена погибших шахидов навечно запечатлены в мраморе. Символично: 7 саура 1978г. произошёл коммунистический переворот в Кабуле, а 8 саура 1992г. там же победили моджахеды. Музей содержит много экспонатов, выставленных как на открытом воздухе, так и внутри павильона, - образцы вооружений и боеприпасов. Я старался фотографировать всё, что можно, слушая и запоминая рассказ агайе Катали. Вот панорама гератского восстания 15 марта 1979г. Вот ввод советских войск в Афганистан со стороны Кушки, - макеты наших танков, БТРов, БМП, УАЗиков, едущих по бетонке. Вот картина развернувшихся боёв. Всё это обставлено звуковым сопровождением: рёв танков, самолётов, взрывы бомб, крики бойцов… Вот здесь бомба попала в жилой дом: видите погибших детей и отца семейства… А вот здесь – вывод советских войск из Афганистана...

Мне невольно пришло на ум сравнение: а ведь в моём городе тоже есть музей «афганцев», где тоже выставлено много образцов оружия и боеприпасов времен афганской войны, где также есть книга памяти и фотографии погибших солдат, прапорщиков и офицеров. Сравнение усугубляется тем, что на следующий день мы попадаем на приём к Исмаил Хану, бывшему командующему гератским, западным фронтом в Афганистане, ставшим впоследствии губернатором области, а ныне – министр энергетики и водных ресурсов страны. Как жизнь поворачивается! Когда-то здоровался за руку с Громовым, а теперь вот здороваюсь, сижу и гоняю чаи с Исмаил Ханом, известным тогда, как Туран Исмаил. Между ними много «общего». Оба невысокого роста, спокойного характера, разговаривают негромко, не спеша. Оба стали потом губернаторами… Разве что только набожность и седая борода отличают Исмаил Хана…Нам подарили книгу про музей джихада, и я вспомнил, что дома у меня есть книга про Громова в фотографиях старого знакомого Вячеслава Киселёва. Теперь эти книги у меня будут рядом…

Комментарии

По ту сторону...

мемориальное кладбище - в общественный туалет

РИА НОВОСТИ ПИСАТЬ БОЛЬШЕ НЕ О ЧЕМ!
КАБУЛ, 24 ноя – РИА Новости, Андрей Грешнов.

Жители афганской столицы, преимущественно таджики - выходцы из долины Панджшир, превратили мемориальное кладбище, расположенное на холме Тапа-е Маранджан в Кабуле, в бесплатный общественный туалет, передает корреспондент РИА Новости.
Расположенное на вершине живописного зеленого холма - одного из тех, что
возвышаются над городом - кладбище более века назад получило имя афганской
патриотки Биби Маранджан, которая героически сражалась с захватчиками в
годы афганско-британской войны. Именем ее сподвижницы Биби Махру назван
один из больших муниципальных районов Кабула и еще один холм.
В 80-е годы прошлого столетия это кладбище в народе называли также Тапа-е
Шахидан ("Холм павших борцов"), а сегодня - Тапа-е Надир Шах, в честь
покойного афганского монарха.
Украшением Тапа-йе Маранджан, превратившегося в излюбленное место отдыха
взрослых и детей, которые запускают тут воздушных змеев, является
величественный мавзолей Надир Шаха - отца последнего афганского монарха
Захир-Шаха, скончавшегося в 2007 году. Тут они все и похоронены – Надир
Шах, Захир Шах, а также свергнувший в свое время дядю Захира его племянник
Мохаммад Дауд. Самого Дауда убили в 1978 году революционно настроенные
военные.
По распоряжению президента Афганистана Хамида Карзая несколько лет тому
назад началась реставрация этого мавзолея, основательно разрушенного в
годы гражданской войны 1990-х.
Реставрационные работы в мавзолее закончены, однако посетителей туда не
пускают из опасений, что местные жители превратят и это место в туалет,
как превратили окружающие мавзолей могилы.
Побывавший в четверг на этом кладбище корреспондент РИА Новости увидел
ужасающую картину надругательства нынешним поколением афганцев над памятью
своих предков. Могилы военных и гражданских лиц, основная масса которых
относится к 80-м годам прошлого века, разбиты, а внутри них находятся
человеческие испражнения и бытовой мусор.
Афганцы традиционно закапывают гробы не глубоко, накрывая останки большой
каменной плитой, над которой насыпается холмик земли. На большинстве могил
могильные плиты пробиты тяжелыми предметами. В образовавшиеся отверстия
афганцы, тривиально говоря, гадят. Охраняющих мемориальное кладбище
полицейских, это не беспокоит, и они не препятствуют грязной деятельности
соотечественников-вандалов.
Человеческими испражнениями забиты как могилы, так и старинная башня, где
в 80-е годы располагался пост народной милиции (царандой).
В начале 80-х годов в центре мемориала был возведен величественный
памятник героям, погибшим в борьбе с врагами Саурской революции, у
подножия которого был зажжен Вечный огонь, выполненный в виде пятиконечной
звезды.
В настоящее время звезда разбита кувалдой, а с памятника жители окрестных
домов отбили мраморную плитку, которой украсили дворы своих домов,
строительство которых ведут прямо на кладбище.
Сам памятник героям разбит с правой стороны кувалдой. Образовавшееся
отверстие местные жители используют как тесный вход в бесплатный туалет.
Стела героям революции также наполовину полна человеческими испражнениями.
Лишь за некоторыми могилами на Тапа-е Маранджан продолжат ухаживать
родственники, восстанавливая из разбитых осколков последние пристанища
своих ушедших в иной мир членов семей. Как правило, это афганцы-пуштуны,
которые составляли большинство населения города в 80-х годах 20-го века.
Как рассказал в беседе с РИА Новости солдат, охраняющий мавзолей афганских
монархов, боковые входы в него заделаны колючей проволокой во избежание
проникновения внутрь местных жителей, в домах которых нет туалетов.
Охранник заверил корреспондента, что откроет огонь, не задумываясь, по
тем, кто осмелится проникнуть внутрь усыпальницы афганских монархов. Что
же касается оскверненных могил соотечественников, то охранять их у него
нет приказа. Могилы «не входят в зону его ответственности», сказал
военный.

в Каире для этого использовались подземные пешеходные переходы

а в Марокко в 1977 нас поселили в гостинице - курортная зона возле Феса - Сиди Харазем. Гулять за пределами гостиницы было неприятно - на каждом шагу "мины". что-то во всем этом есть общее...

Ждём продолжения

Приятно увидеть знакомые лица.
Нашего спецкора зовут случаем не Джахангир?
А может он однофамилец Евгения?
В любом случае ждём продолжения от нашего загадочного спецкора.

С уважением,
ALEXANDR.

Продолжение будет, или пока

Продолжение будет, или пока не планируется?